В 2005 году, когда статья об этом проекте появилась на Ufolog.ru, эпиграфом к ней служили слова Александра Дюма-отца: «Бывают услуги настолько бесценные, что отплатить за них можно только неблагодарностью». Фраза, брошенная вскользь, странным образом рифмуется с тем, что десятилетиями окружает программу HAARP. США построили на Аляске исполинский излучатель, способный «возбуждать» ионосферу, — и в ответ получили лавину подозрений, теорий заговора и обвинений в создании климатического оружия. Но если отодвинуть мифы, остаётся сухой факт: комплекс HAARP — не выдумка, а реальная физическая установка, чьи возможности до сих пор трактуются полярно.

От советско-французского спутника до аляскинского монстра

Как ни странно, фундамент HAARP заложил эксперимент, в котором участвовал Советский Союз. В начале 80-х годов состоялся совместный советско-французский проект «Аракс». С французского спутника, проходившего над островом Кергелен в Индийском океане, был произведён выстрел пучком электронов вдоль геомагнитной линии. Отклики ионосферы регистрировала станция в посёлке Согра Архангельской области, оснащённая французской аппаратурой. Руководитель советской части эксперимента, профессор Троицкая, в 1986 году эмигрировала из страны — деталь, которая позже лишь добавила тумана вокруг всей темы.

Идея воздействовать на ионосферу не нова: люди пытались влиять на этот слой атмосферы с помощью оборудования на ракетах и спутниках задолго до HAARP. Но широкий общественный резонанс тема приобрела лишь в середине 90-х, когда Соединённые Штаты начали реализацию программы высокочастотных активных авроральных исследований — HAARP (High Frequency Active Auroral Research Program). Название переводится как «арфа», и эта метафора оказалась на удивление точной: установка буквально «играет» на магнитных струнах планеты.

Антенное поле размером с город

Комплекс, развёрнутый на военном полигоне Гаккона на Аляске, потрясает масштабом. На территории в 60 квадратных километров раскинулась гигантская фазированная решётка — сеть из 360 антенн, составляющих единый излучатель сверхвысоких частот. Они посылают радиоволны в диапазоне 2,8–10 мегагерц суммарной мощностью, по одним данным, 1,7 миллиарда ватт, по другим — 10 гигаватт. Для сравнения: это превышает солнечное излучение в том же частотном диапазоне на 5–6 порядков. Рядом с антеннами работают радар некогерентного излучения с двадцатиметровой антенной, лазерные локаторы, магнитометры и мощные компьютеры для обработки сигналов. Питает всё это хозяйство газовая электростанция и шесть дизель-генераторов.

Развёртыванием и исследованиями занимается лаборатория Филипс, расположенная на базе ВВС США в Кэртлэнде, штат Нью-Мексико. Ей подчинены лаборатории астрофизики, геофизики и средств поражения Центра космических технологий ВВС. Но HAARP не ограничивается Аляской: в рамках проекта действует станция в Тромсе, Норвегия, а ещё одна должна вскоре появиться в Гренландии. Сеть охватывает полярные регионы, где авроральные течения — потоки заряженных частиц от солнечного ветра — особенно интенсивны.

Плазмоиды: зеркало, глушилка или оружие?

Ионосфера — верхний слой атмосферы, заполненный ионизированными атомами. Северные сияния — лишь самое заметное её проявление. Гораздо раньше люди обратили внимание на призрачные небесные огни, предшествующие землетрясениям, и на влияние солнечных бурь на радиосвязь и самочувствие. Воздействовать на ионосферу можно двумя принципиальными способами: распылять в ней химические реагенты или «накачивать» избранные участки сфокусированными пучками радиоволн, возбуждая атомы.

HAARP использует второй метод. Накачка позволяет влиять на авроральные потоки в районе Северного полюса, которые затем распределяются вдоль магнитных силовых линий Земли на огромные расстояния. Другой вариант — создавать локальные высокоионизированные области, плазмоиды размером в несколько десятков километров. Сами по себе плазмоиды не редкость: ежедневно в атмосфере регистрируется несколько естественных образований, возникающих под действием солнечного ветра и быстро рассасывающихся. Но искусственные плазмоиды обладают принципиальным отличием: пока действует накачка, они стабильны и обладают заданными извне характеристиками.

При одних параметрах излучения такой плазмоид превращается в гигантское зеркало, отражающее радиоволны, — идеальный инструмент для улучшения связи. Стоит изменить параметры — и перед нами уже колоссальная «глушилка». А если заставить возбуждённые атомы синхронно сбросить энергию накачки, получается множество атомных лазеров, поражающих в первую очередь электронные системы потенциального противника. Плазмоиды, кстати, невидимы глазу, но дают мощную засветку на экранах радаров. Бывали случаи, когда на координаты такой засветки направляли истребители — и те находили лишь пустоту. Чем не сюжет для сообщений об НЛО?

Официальная версия и тень «психотронного оружия»

Официально HAARP построен для изучения природы ионосферы и развития систем противовоздушной и противоракетной обороны. Предполагается его использование для обнаружения подводных лодок и подземной томографии недр планеты. Однако многие исследователи утверждают, что истинное назначение аляскинского монстра — воздействие на глобальные и локальные механизмы природы в районах расположения противников США.

Аргументы в пользу этой версии появились не на пустом месте. 22 января 1999 года американцы провели эксперимент по инициированию колебательных процессов в ионосфере с целью обнаружения боеголовок баллистических ракет. С помощью управляемого взрыва над тихоокеанским побережьем Аляски они вызвали на высоте 270 километров мощный выброс плазмы в районе северного магнитного полюса. Генератор для этого эксперимента, к слову, поставил американцам Институт динамики геосфер Российской академии наук. Главный же итог опыта заключался в другом: было доказано, что параметры инициированного излучения могут существенно отличаться от параметров накачки. Иными словами, отклик ионосферы не просто повторяет посланный сигнал — его можно формировать, получая на выходе нечто иное.

Отсюда уже рукой подать до гипотез о психотронном или климатическом оружии. Ведь сегодня, используя оборудование HAARP, можно формировать плазмоиды и целенаправленно перемещать их почти в любую точку Северного полушария. Для России это означает практически полное накрытие с запада на восток — от Калининграда до Камчатки — и с севера на юг примерно до 45-й параллели, то есть до уровня Краснодара и Ставрополя. Если американцы построят аналогичную установку в Южном полушарии, под ударом окажутся все страны к югу от экватора.

Существует и более приземлённый, но оттого не менее пугающий сценарий: искусственный сход ледника. Для этого достаточно облучить его инфракрасным длинноволновым излучением, которое пропускается льдом, но поглощается скальным основанием. Формируется скользящая водяная подушка, и ледник срывается. Возможно, именно подобные военные аспекты применения HAARP стали причиной засекречивания всех результатов исследований по проекту с 1997 года.

Слепое пятно России

Установки HAARP работают — хотя и не на полную мощность, и этого никто не скрывает. Искусственные плазмоиды формируются постоянно. Но оценить результаты этих исследований из России практически невозможно: в 90-е годы почти все отечественные станции наблюдения за ионосферой были закрыты. Страна, когда-то участвовавшая в эксперименте «Аракс», оказалась лишена инструментов для мониторинга того, что творится в верхних слоях атмосферы над её территорией.

Сегодня HAARP остаётся узлом, где сплетаются реальная физика, геополитические страхи и неразгаданные технические возможности. Официальные отчёты говорят об изучении ионосферы, независимые эксперты — об оружии, способном менять климат и подавлять психику. А где-то между этими полюсами лежит неудобный вопрос: если услуга по «возбуждению» небес действительно бесценна, то не окажется ли плата за неё той самой неблагодарностью, о которой писал Дюма?