Около миллиона лет назад по холодным просторам Сибири бродили не просто «мамонты» как единое целое, а две разные группы, чьи пути разошлись задолго до того, как первые люди начали рисовать их на стенах пещер. Международная команда под руководством Томаса Гилберта из Университета Копенгагена заглянула вглубь этой истории, и то, что они увидели в крошечных прядях древней шерсти, перевернуло привычную картину.

Тайна в митохондриях

Исследователи взялись за митохондриальную ДНК — тот самый генетический материал, который живёт не в ядре клетки, а в её энергетических станциях, митохондриях, и передаётся строго по материнской линии. В отличие от ядерной ДНК, митохондриальная меняется крайне медленно и почти не накапливает следов генетических перестроек. Именно это делает её идеальным инструментом, чтобы заглянуть в родословную, уходящую на сотни тысяч лет в прошлое.

Материалом послужили образцы волос пяти шерстистых мамонтов (Mammuthus primigenius), добытые при раскопках. С помощью собственной методики, позволяющей восстанавливать полный митохондриальный геном даже из ничтожного количества исходного вещества, учёные расшифровали последовательности ДНК. Затем к этим пяти геномам добавили ещё 13, известных ранее, и сравнили их между собой. Результат, опубликованный в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences, оказался неожиданным: животные чётко распались на две генетические линии, которые разделились примерно миллион лет назад.

Два мира на одной земле

Чтобы понять, как эти линии соотносились во времени и пространстве, учёные провели радиоуглеродный анализ тех же волос и учли места находок. Выяснилось, что одна группа была настоящим домоседом — её ареал ограничивался северной частью Сибири. Вторая же, напротив, расселилась почти по всей Евразии и добралась до Северной Америки. Их судьбы тоже сложились по-разному: первая, локальная популяция исчезла около 40 тысяч лет назад, тогда как вторая продолжала бродить по Земле ещё как минимум 30 тысяч лет.

Но что именно разделяло этих животных — были ли это два полноценных вида, подвиды или просто далеко разошедшиеся ветви одного вида? Митохондриальная ДНК, при всей своей полезности, не даёт полного ответа. Она показывает материнскую линию, но молчит о том, что происходило в ядерном геноме, где и кроются основные различия между организмами.

Следующий шаг — ядерный геном

Поэтому Гилберт и его коллеги не остановились на достигнутом. Их следующая цель — выделить из тех же образцов волос геномную ДНК, которая в десятки тысяч раз длиннее митохондриальной и несёт несравнимо больше информации. Проблема в том, что в ископаемых останках ядерная ДНК сохраняется куда хуже, и её извлечение — задача на порядок сложнее. Но если это удастся, мы наконец узнаем, насколько глубоко разошлись эволюционные пути сибирских гигантов и кем они на самом деле приходились друг другу.

Это исследование — ещё одно напоминание о том, как много скрыто в, казалось бы, хорошо изученных страницах прошлого. Кстати, недавно мы писали о другой неожиданной находке, связанной с микроскопическими обитателями океана: бактерии выгрызают пластик в Саргассовом море, и учёные пока не знают, во что превращаются токсины, которые при этом высвобождаются. В обоих случаях перед нами — загадки, спрятанные в мельчайших деталях, будь то прядь шерсти или кусочек полимера, и разгадка их способна изменить наши представления о мире.