Фамилия Абыхвостов — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, сохранилось почти без изменений, только обросло типичным русским суффиксом -ов. Разбираем её буквально: «Абыхвостов» — это «чей?» — потомок человека по прозвищу Абыхвост. Само прозвище составное и колкое: «абы» (в старом значении «лишь бы», «хоть как-нибудь») плюс «хвост». Выходит, что Абыхвостом в народе могли прозвать того, кто «лишь бы хвост пристроил» — человека нерадивого, делающего кое-как, или, по другой версии, подхалима, который «виляет хвостом» ради выгоды.

Такие составные прозвища с частицей «абы» (иногда «абы-как», «абы-кто») встречаются в северных и центральных говорах. Они давали меткую, часто насмешливую характеристику. Прозвище Абыхвост могло закрепиться за крестьянином или ремесленником, который работал спустя рукава, или, наоборот, за ловким человеком, умевшим выкрутиться из любой ситуации. В любом случае, основа не книжная, а живая, из бытового языка.

Суффикс -ов указывает на стандартную модель образования русских фамилий в XVI–XVII веках: сначала отца звали Абыхвост, потом его детей записывали как Абыхвостовы. Сословно это, скорее всего, крестьянская или посадская среда — среди дворянства подобные «говорящие» прозвища приживались реже, их чаще заменяли на более благозвучные варианты при оформлении в служилое сословие.

Фамилия крайне редкая. В дореволюционных переписях и современных базах она встречается единично, в основном в Поволжье и на Урале — регионах, куда в XVII–XVIII веках переселялись крестьяне из центральной России и где могла сохраниться архаичная лексика. Похожие по конструкции фамилии — Абызов, Абыкумов — тоже образованы от «абы» и подтверждают, что это был продуктивный способ прозвищеобразования.

Если сравнивать с однокоренными, то Абыхвостов стоит особняком: в нём нет ни имени, ни профессии, только едкая бытовая характеристика. Носителям такой фамилии стоит знать, что их предок, скорее всего, был человеком с характером — либо его недолюбливали за лень, либо ценили за хитрость. Точного географического гнезда фамилии не установлено, но по косвенным данным её корни — в среде вольных или государственных крестьян северо-востока России.