Фамилия Аморарицей с первого взгляда ставит в тупик: в ней нет привычного славянского корня, а окончание -ей выбивается из стандартной русской модели. Разгадка проста: перед нами застывшая форма творительного падежа. Исходная фамилия, скорее всего, звучала как Аморариц, а окончание -ей (вместо привычных -ым или -ем) — типичная черта южнорусской или украинской традиции оформления фамилий в бытовой речи и документах. Сравните: «Коваль» превращалось в «Ковалем», «Писарев» — в «Писаревым», но здесь эта форма закрепилась как основная и единственная.

Корень «Аморар-» в русском языке аналогов не имеет. Наиболее убедительная версия возводит его к румынскому или молдавскому слову «amorar» — «горький», «терпкий» (от лат. amarus). В молдавских и румынских говорах такое прозвище могли дать человеку угрюмого, «горького» нрава или тому, кто занимался обработкой горьких трав, например полыни. Менее вероятна связь с итальянским «amorare» (любить) через гагаузских или балканских переселенцев: в этом случае фамилия скорее приняла бы форму «Амораре» или «Аморари».

География фамилии почти наверняка указывает на Бессарабию или Приднестровье — регионы, где веками бок о бок жили молдаване, украинцы и русские старообрядцы. Суффикс -иц- в основе (Аморар-иц-ей) подтверждает это: он характерен для западнорусских и украинских фамилий, образованных от прозвищ с уменьшительным или патронимическим оттенком. «Аморариц» могло означать «сын Аморара» или «маленький Аморар». В русской ономастике эта модель редка, но встречается в фамилиях вроде «Кузьмиц» (от Кузьма) или «Степаниц» (от Степан).

Итак, носитель фамилии Аморарицей — потомок человека, которого в молдавском или украинском окружении прозвали «горьким» (по характеру или занятию). При переходе в русскую среду фамилию записали в той самой форме творительного падежа, как это нередко делали в документах XIX века. Точных сведений о дворянском или крестьянском происхождении нет, но сама словообразовательная модель указывает на крестьянскую или мещанскую среду, без сословных привилегий.