Фамилия Арпомо — редкий случай, когда написание почти полностью совпадает со звучанием, но происхождение при этом неочевидно. В русской ономастике фамилий с таким финалом немного, и это сразу заставляет задуматься: перед нами либо иноязычное заимствование, либо сильно искажённая основа.

Первое, что бросается в глаза — окончание «-о». В русских фамилиях оно типично для украинских (Довженко, Шевченко) или белорусских форм, но там чаще встречаются суффиксы «-енко», «-ук», «-юк». Фамилия Арпомо на эти модели не ложится. Скорее всего, корень не славянский. Если предположить, что фамилия могла возникнуть на юге России или в Причерноморье, где было сильное греческое и тюркское влияние, то основой могло стать личное имя или прозвище. Например, греческое «Арпомо» (Ἀρπομο) — гипотетическая форма от имени Арпократ (в древнеегипетской традиции — Гор-па-херд, бог молчания и тайн). В греческих диалектах такое имя могло сократиться до «Арпомос» или «Арпома», а на русской почве потерять конечный согласный.

Вторая версия — тюркская. В языках тюркской группы есть корень «арп-», означающий «ячмень» (ср. турецкое «arpa»). В сочетании с суффиксом или вторым корнем могло получиться прозвище, скажем, «человек, торгующий ячменём» или «живущий на ячменном поле». Окончание «-о» в таком случае могло возникнуть при адаптации через молдавский или украинский язык, где многие заимствования получали такое окончание.

Обратите внимание на редкость фамилии. В современных базах данных (например, по переписям или телефонным справочникам) носителей Арпомо насчитывается буквально единицы, и большинство из них сосредоточено в Краснодарском крае и Ростовской области. Это косвенно подтверждает версию о греческом следе: именно в этих регионах в XIX–XX веках жили понтийские греки, которые переселялись из Османской империи и Крыма. Их фамилии часто оканчивались на «-оглу» или «-иди», но при русификации могли сильно меняться, теряя суффиксы.

Самый правдоподобный вывод: фамилия Арпомо — греческая по происхождению, восходящая к личному имени или прозвищу, связанному с культом бога Гора. В русскую среду она попала через греческих переселенцев, и её форма закрепилась в том виде, в каком её записал писарь при первой паспортизации в XIX — начале XX века. Других версий, подкреплённых фактами, пока нет.