Фамилия Айети — редкая для русского уха, и её происхождение не лежит на поверхности. Скорее всего, она не славянская, а пришла из языков Кавказа, в первую очередь — из грузинского или осетинского. В грузинском языке существует фамилия Айети (აიეთი), образованная по типичной для Западной Грузии модели на -ети/-ети. Суффикс -ети указывает на принадлежность к местности или роду: так, Айети может означать «из рода Айя» или «житель места Айети». В основе лежит личное имя Айя (или Айа) — краткая форма от более длинных грузинских имён, либо прозвище.

В осетинском языке возможна иная версия. Слово «айет» в иронском диалекте может быть связано с корнем «ай» — «тот» или «этот», но более вероятно, что фамилия восходит к тюркскому влиянию. В тюркских языках «ай» означает «луна», а суффикс -ет придаёт значение «лунный, светлый». В таком случае Айети — прозвище человека, которого сравнивали с луной за красоту, бледность кожи или спокойный нрав. Эта гипотеза объяснима для регионов, где пересекались кавказские и тюркские народы (например, в Дагестане или в среде кумыков).

Модель образования фамилии — патронимическая (по отцу) или топонимическая (по месту). Суффикс -ети в грузинском — аналог русского -ов/-ев, он указывает на происхождение от предка с именем Айя. В осетинском варианте фамилия могла закрепиться без суффикса, а окончание -и — русская или осетинская адаптация. Встречаемость фамилии крайне низкая: носители живут преимущественно в Грузии (регион Рача, Лечхуми), а также среди осетинской диаспоры в Северной Осетии. В России фамилия единична и, как правило, принадлежит потомкам переселенцев с Кавказа.

Социальный контекст: в Грузии фамилии на -ети считались признаком древнего рода, часто — княжеского или дворянского (сравните: Орбелиани, Чхеидзе). Однако Айети не относится к числу известных аристократических фамилий, поэтому её носители, вероятно, были свободными крестьянами или ремесленниками. В осетинской среде фамилия могла появиться у выходцев из горных обществ, где прозвище давали по внешности или занятию. Спор между кавказскими версиями решается в пользу грузинской: она подтверждается географической привязкой и типичным для западногрузинских фамилий формантом. Тюркская версия остаётся второстепенной гипотезой без явных документальных следов.