Фамилия Бадзагуа — редкий пример, где кавказские языковые традиции переплелись в одной словоформе. Её основа и окончание указывают на разное происхождение: корень, скорее всего, даргинский или кабардинский, а фамильный суффикс — абхазский.

Разберёмся с корнем. Первая и самая правдоподобная версия связывает имя Бадза с даргинским словом «бадз» — «луна». Так могли назвать мальчика, родившегося в полнолуние или просто ночью: для многих горских народов время суток имело сакральное значение и влияло на выбор имени. Вторая гипотеза выводит Бадзу из кабардинского «бадзэ» — «муха». Звучит неожиданно, но в традиционной культуре муха была не просто насекомым, а символом злых сил, порчи и эпидемий. Имя с таким значением давали как оберег: чтобы отвести от ребёнка настоящую беду, его нарекали «плохим» именем — считалось, что злые духи не тронут того, кто уже назван в честь них. Есть и третья версия: прозвище Бадза могло произойти от персидского «бадж» — «налог, дань». Тогда предок носителя фамилии был сборщиком податей. Наконец, в Грузии есть село Баджи, так что фамилия могла указывать на выходца оттуда.

Фамильный формант –гуа — чисто абхазский. В абхазском языке он указывает на принадлежность к роду или местности. Сочетание даргинской/кабардинской основы с абхазским окончанием — не редкость для Западного Кавказа: границы между языками и культурами здесь всегда были подвижными, люди переселялись, женились, перенимали фамильные модели.

Встречается Бадзагуа и в Абхазии, и в Грузии. Точных данных о численности нет, но это не массовая фамилия — скорее всего, она восходит к одному роду, который со временем разошёлся по разным регионам. Выбрать единственную версию происхождения сложно: слишком разные корни дают одинаково осмысленные варианты. Но если опираться на частотность и логику народной ономастики, «лунная» гипотеза выглядит чуть весомее — имена по небесным светилам встречаются у многих народов Кавказа гораздо чаще, чем «охранительные» от насекомых.