Фамилия Блезарова — редкий и неочевидный случай в русской ономастике. У неё нет привычного суффикса -ов/-ев или -ин, который сразу указывает на происхождение от отчества или прозвища. Окончание -ова говорит о том, что перед нами женская форма фамилии; мужской вариант — Блезаров. Сама основа «Блезар» не встречается ни в древнерусских именах, ни в распространённых прозвищах, ни в крестильных святцах. Это заставляет искать иноязычный след.

Скорее всего, фамилия Блезарова — результат адаптации иностранной фамилии или прозвища. В русском языке звук «з» нехарактерен для исконных слов перед «а» в таком сочетании. Можно предположить, что основа восходит к немецкому или еврейскому имени. Например, к немецкому Bläser (произносится «блезер») — «духовщик, музыкант, играющий на духовом инструменте» или «стеклодув». В южногерманских диалектах фамилия Bläser встречается часто, а при переселении в Россию её могли переоформить в Блезар/Блезаров, заменив умлаут на привычный «а». Другая версия — связь с еврейским именем Блазер (от идиш «блаз» — бледный) или с польским Błażej (Власий), но в этом случае ожидалось бы окончание -ев или -ин.

В любом случае, носительницы фамилии Блезарова — потомки человека, который либо занимался ремеслом, связанным с воздухом (играл на трубе, работал с мехами в кузнице или стеклодувной мастерской), либо получил прозвище по внешности или характеру. Географически фамилия могла закрепиться в регионах, куда в XVIII–XIX веках приглашали немецких колонистов — Поволжье, Новороссия, окрестности Петербурга. Точных данных о распространённости Блезаровых в открытых источниках мало, что подтверждает её штучный, нетипичный для русского крестьянства характер. Сословно предки, вероятно, относились к мещанам или цеховым ремесленникам, а не к дворянству или крепостным, у которых фамилии образовывались по другой модели.