Фамилия Блузнов — одна из тех, что вызывает два естественных вопроса: не связана ли она с одеждой и почему в ней нет типичного суффикса -ин? Ответ на первый вопрос — скорее нет, чем да, а на второй кроется в истории русского языка.

Основа фамилии — слово «блузн(а)». В древнерусском языке «блузн» или «блузня» означало не предмет гардероба, а нечто совсем иное: ошибку, оплошность, промах или даже заблуждение. Корень тот же, что в слове «блуждать» — то есть сбиваться с пути. Современное значение «блуза» пришло в русский язык из французского (blouse) значительно позже, в XVIII–XIX веках, и к фамилии отношения не имеет. Таким образом, прозвище Блузн(а) давали человеку рассеянному, нерасторопному или склонному ошибаться — в быту, в работе, в суждениях.

Теперь о суффиксе. В русских фамилиях от слов женского рода на -а обычно образуются формы на -ин (Блузнин, как Кожин от кожа). Но здесь мы видим -ов. Это указывает на то, что исходное прозвище Блузн, скорее всего, воспринималось как мужское слово с нулевым окончанием, по аналогии с «козёл» — Козлов. Вероятно, в говорах существовала форма мужского рода «блузн» (или «блузень»), от которой и пошла фамилия Блузнов. Такая модель встречается реже, но она характерна для северных и центральных областей России, где фамилии на -ов доминировали даже при нестандартной основе.

В ономастических справочниках фамилия Блузнов не относится к числу частых, и её география не привязана к какому-то одному региону. Встречается она разрозненно — от Вологодчины до Поволжья, что подтверждает её древнее, а не заимствованное происхождение. Социальный состав носителей, вероятно, был крестьянским или посадским: прозвище, указывающее на черту характера, редко давали в дворянской среде, где ценились «благозвучные» фамилии.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Блудов, Блуднов — показывает, что корень «блуд-» в старину имел значение «блуждание», «заблуждение», а не только современный негативный смысл. Блузнов стоит в этом ряду, но с более узким значением: не просто «сбившийся с пути», а «допускающий промахи». Так что предки носителя этой фамилии были, скорее всего, людьми, которым прощали оплошности — или над чьими ошибками посмеивались.