Фамилия Брова — один из тех случаев, когда ответ на вопрос «откуда она?» лежит на поверхности, но требует оговорки. Основа здесь — слово «бровь», но не в современном литературном значении, а в древнерусском прозвищном. Прозвище Брова могли дать человеку с густыми, сросшимися или, наоборот, очень заметными бровями. В старину внешние приметы были самым ходовым материалом для уличных имён: Брова, Губа, Нос, Щека — все они описывали то, что бросалось в глаза.

Словообразовательно фамилия стоит особняком. В ней нет типичного русского суффикса -ов или -ин, который превращает прозвище в фамилию: из Бровы получился бы Бровин или Бровов. Форма Брова — это застывшее прозвище в именительном падеже. Такой тип фамилий (так называемые «фамилии-прозвища» без суффикса) характерен для украинской и белорусской ономастики. Поэтому географически фамилию стоит искать прежде всего на территории современной Украины, в Беларуси и в южных областях России, куда переселялись выходцы с этих земель.

Реже встречается версия, что фамилия может быть связана с польским или западнорусским словом «брова» в значении «пивоварня» (от нем. Brauerei). В таком случае прозвище Брова закреплялось за владельцем или работником броварни. Однако эта гипотеза менее вероятна: прозвища по внешности всегда были массовее, чем прозвища по профессии, а прямое значение «бровь» понятно носителю языка без словаря.

Примечательно, что у фамилии нет варианта с суффиксом -ин, который мог бы смягчить звучание. «Брова» звучит как бы в «сыром», необработанном виде, что выдаёт её простонародное, деревенское происхождение. В метрических книгах и ревизских сказках XVIII–XIX веков носители такой фамилии — это чаще всего крестьяне или казаки, реже мещане. Дворянских родов с фамилией Брова не зафиксировано, что косвенно подтверждает её «прозвищный» характер: знатные фамилии стремились к более благозвучным формам на -ский или -ов.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Бровкин, Бровин, Бровченко — показывает, что Брова осталась самой архаичной формой. Если Бровин и Бровкин — это уже результат адаптации к русской модели, то Брова сохранила исходный облик прозвища. Человек, носивший эту фамилию в XIX веке, скорее всего, отвечал на вопрос «чей ты?» не по отцу, а по деду или просто по уличному имени, которое со временем стало официальным.