Фамилия Брудзель — редкий пример, где основа напрямую выводится из действия: в её корне лежит белорусский глагол «брудзяниць», то есть «грязнить, пачкать». Такая модель типична для прозвищ, которые давали по роду занятий: человеку, чья работа неизбежно связана с грязью. Скорее всего, предок носителя фамилии был трубочистом или истопником — профессиями, где сажа и копоть были постоянными спутниками.

Обратите внимание на суффикс -ель. В восточнославянской антропонимии он встречается реже, чем стандартные -ов или -ин, и часто указывает на прозвище, образованное от глагольной основы. Такие фамилии характерны для западнорусских земель и Беларуси. Фамилия Брудзель, вероятно, закрепилась именно там, где белорусское «бруд» (грязь) было обиходным словом.

Интересно, что однокоренные именования фиксирует «Ономастикон» С.Б. Веселовского: там упоминаются царский конюх Алеша Брудастый и старец Кириллова монастыря Никодим Брутков. Эти примеры показывают, что корень «бруд-» в прозвищах был распространён шире, чем может показаться сегодня, и не всегда нёс негативный оттенок — скорее, описывал внешность, манеру поведения или род деятельности.

Таким образом, фамилия Брудзель — не про «грязного» человека в бытовом смысле, а про указание на конкретную, часто необходимую в старом быту работу. Это фамилия-профессия, сохранившая редкую словообразовательную форму.