Фамилия Булоглазов — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, сохранилось почти без изменений, минуя стадию имени-«полуфамилии». В ней отчётливо слышится исходное «булоглазый» — человек с глазами навыкате, с выпуклыми, «булыжными» глазами. В народе такое прозвище давали метко и без злого умысла, просто как отличительную черту внешности.

Образована фамилия по стандартной модели XV–XVII веков: прозвище на -ый плюс притяжательный суффикс -ов. Сначала Булоглазый, потом — сын Булоглазова, то есть «чей?» — Булоглазов. Суффикс -ов указывает на то, что фамилия сложилась в центральных и северных областях России, где эта модель господствовала, вытеснив более древние формы на -ин.

Интересна судьба корня. Слово «булга» в древнерусском языке означало «беспокойство, тревога, смятение» (отсюда «взбудоражить»). Но в основе прозвища лежит не абстрактное понятие, а конкретный признак: бул- в значении «шар, шишка, выпуклость» — тот же корень, что в «булыга» (круглый камень) и «булава» (утолщение на конце). «Булоглазый» — это не про беспокойство, а про форму: глаза как булыжники.

Встречается фамилия в основном в южнорусских и поволжских областях — там, где диалектная лексика дольше сохраняла слово «булда» или «булдыга» в значении «выпуклый, налитой». По сословной принадлежности предки Булоглазовых, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми — прозвища по внешности типичны для непривилегированных слоёв, где человека называли по тому, что видели, а не по заслугам.

Однокоренные фамилии — Булгаков, Булдыгин — имеют другую семантику: первые связаны с беспокойным характером, вторые — с диалектным названием ноги или ступни. Булоглазов стоит особняком: он «говорящий» и наглядный, без переносного смысла. В дореволюционных метрических книгах эта фамилия почти не встречается в дворянских родословных, зато обычна в записях о крестьянах Тамбовской, Рязанской и Саратовской губерний.