Фамилия Чеховидовы — редкий пример трёхступенчатой модели образования, которая встречается в русском ономастиконе нечасто. В её основе лежит имя или прозвище Чех, которое, в свою очередь, восходит к этнониму «чех» — обозначению народа. Однако в русской среде XVI–XVII веков так могли называть не столько выходца из Чехии, сколько человека, который побывал в тех краях, торговал с чехами или просто носил характерную одежду, напоминавшую чешскую. Второй шаг — суффикс -овид-, который в русских фамилиях практически не встречается. Он явно заимствован из греческого через церковнославянский: -вид (от греч. eidos — «вид, образ») означает «подобный», «похожий». Таким образом, Чеховид — это «похожий на чеха», то есть прозвище, данное человеку, который внешне, по манере речи или поведению напоминал чеха, но чехом не был. Третья ступень — стандартный русский суффикс -ов, который превратил прозвище Чеховид в фамилию Чеховидовы (буквально: «потомки того, кто похож на чеха»).

Такая модель — «этноним + -овид + -ов» — нетипична для крестьянских фамилий, которые обычно образовывались проще: от имени отца (Иванов), профессии (Кузнецов) или географического названия (Тверской). Чеховидовы, скорее всего, принадлежали к духовному сословию или к служилым людям, где были в ходу книжные, искусственные фамилии, составленные из греческих элементов. В семинарской среде любили создавать фамилии с оттенком «подобия»: например, Ангеловидов, Христорожественский. Чеховидов мог возникнуть как прозвище ученика, который выделялся «чешским» говором или внешностью, а потом закрепилось официально.

Географически фамилия почти не встречается в массовых базах XIX века, что подтверждает её редкость. Если искать корни, стоит обратить внимание на южные губернии России — Малороссию и Новороссию, где контакты с западными славянами были более плотными, а также на духовные училища, где такие фамилии давали намеренно, чтобы подчеркнуть «учёность» и отличие от простонародных. Сегодня Чеховидовы — это, скорее всего, потомки одного рода, рассеянного по разным регионам, и каждый носитель фамилии может считать, что его предок был человеком заметным — настолько, что его сравнили с целым народом.