Фамилия Челибджанов — редкий случай, когда происхождение читается почти без словаря, но требует оговорки. Основа здесь — тюркское «челиб» (çelebi), что в османском и азербайджанском контексте означало «господин», «образованный», «благородный» или даже «божий человек» (в суфийской среде — наставник). Второй корень, «джан» (can), с персидского и тюркского — «душа», «жизнь», часто использовался как ласковое обращение или часть составного имени. Сложение «челиб» + «джан» даёт примерно «господин-душа» или «почтенный и любимый» — типичная для Востока формула уважения, где к званию добавляли эмоциональный оттенок.

Модель образования — русский суффикс -ов, который «обрусел» фамилию, добавив значение принадлежности: «сын Челибджана» или «из рода Челибджановых». Сам суффикс здесь не родовой (как -ский), а патронимический, что указывает на сравнительно позднюю фиксацию фамилии в документах Российской империи — скорее всего, в XIX — начале XX века, когда тюркские и кавказские народы массово получали русские фамилии по отцу.

Географически фамилия тяготеет к регионам, где пересекались тюркские языки и русская администрация: Азербайджан, армянское Причерноморье, возможно, ставропольские или кубанские степи. Встречается она крайне редко — носителей можно пересчитать десятками, а не сотнями. Это не случайность: составные имена типа «Челибджан» не были массовыми, а фамилии на -ов от них — штучный продукт, часто результат записи по слуху.

Есть любопытная деталь: в османской традиции «челеби» было не просто обращением, а титулом для сыновей султана или высшего духовенства. Но в народной среде слово быстро перешло в разряд прозвищ для грамотеев, купцов или просто уважаемых стариков. Поэтому предок Челибджанов мог быть не вельможей, а, скажем, сельским учителем при мечети или зажиточным ремесленником, которого за учтивость прозвали «челиб». Вторая часть — «джан» — могла быть частью его личного имени или прозвища, данного в кругу семьи.

Словообразовательный разбор прост: корень «челибджан» + суффикс -ов. Ударение, судя по аналогиям (Челибджа́нов), падает на третий слог, хотя в разговорной речи возможны варианты. Спорных версий практически нет — слишком прозрачна основа, чтобы её перетолковывать. Единственное, что стоит проверить: не записана ли фамилия с ошибкой — в старых метриках «Челибджанов» мог превратиться в «Челибжанов» или «Челипджанов» из-за оглушения согласных.