Фамилия Четволинская — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не профессия и не географическое название, а числительное. Корень «четв-» прямо указывает на число «четыре». Такие фамилии, образованные от счётных слов, в русской ономастике встречаются нечасто, и Четволинская — один из самых ярких примеров.

Словообразовательная модель здесь двойная. Сначала от «четверо» или «четвёрка» образовали прозвище Четволя — так в старину могли назвать четвёртого ребёнка в семье, участника какого-то квартета или человека, связанного с числом четыре в быту. Затем к основе «Четвол-» добавили типичный для дворянских и шляхетских фамилий суффикс -инск-/-ынск- и окончание -ая. Финаль «-ская» вместо более распространённой «-ов» или «-ин» — важная деталь. В центральной России фамилии на -ский чаще носили духовенство и дворяне, но в западнорусских землях (современные Беларусь, Украина, западные области России) они были обычны и у крестьян, и у мещан. Таким образом, Четволинская могла оформиться как фамилия по прозвищу предка в среде, где модель на -ский была продуктивной.

География фамилии сегодня крайне узкая. По открытым данным переписей и телефонных справочников, Четволинские (в мужском и женском варианте) встречаются почти исключительно в Смоленской области и на границе с Беларусью. Это подтверждает западнорусское происхождение: именно в этих краях числительные в прозвищах давали чаще, чем на севере или востоке России. Мужской вариант — Четволинский — также редок и привязан к тому же региону.

Есть и альтернативная, менее вероятная версия: связь с топонимом. В Смоленской губернии существовали урочища и хутора с названиями вроде Четвертное или Четверта, но фамилия Четволинская не выводится напрямую из них — скорее, прозвище Четволя могло дать имя и поселению, и его жителям. В любом случае, независимо от того, пошла фамилия от счёта детей или от земельного надела, её носители — потомки людей, которых в XVI–XVII веках выделяло число четыре.