Фамилия Чихпых звучит настолько необычно, что сразу вызывает подозрение: не шутка ли, не псевдоним ли? Однако в русской ономастике встречаются и более экзотические варианты. Скорее всего, перед нами искусственное или прозвищное образование, возникшее в определённой среде.

Первый и самый очевидный путь разбора — звукоподражательная основа. «Чих» и «пых» — это два характерных звука: чихание и пыхтение. В прозвищах нередко соединяли два действия или признака в одно слово, особенно если они относились к одному человеку. Например, прозвище Чихпых могли дать человеку, который часто чихал и пыхтел (например, от одышки, при кашле или в работе). Такие составные прозвища — «чих да пых» — могли закрепиться за кем-то в деревенском быту, где наблюдательность соседей превращала любую особенность в фамильное имя.

Однако есть и вторая версия, более прозаичная. Фамилия могла возникнуть как искажение или переосмысление иноязычной фамилии — например, немецкой, польской или тюркской. В XIX веке переселенцы, особенно немцы-колонисты, приносили фамилии вроде «Ципф» или «Пих», которые русские писаря на слух записывали как «Чихпых». Или же это могла быть татарская фамилия, где «чых» означает «выход», а «пых» — дыхание, но такое слияние маловероятно. В пользу «искусственной» версии говорит и то, что фамилия чрезвычайно редка: в современных базах данных она встречается буквально единичными случаями, в основном на юге России и в Сибири.

Суффикса в фамилии нет — она бессуффиксная, что для русских фамилий редкость. Обычно так образуются фамилии от прозвищ, которые уже сами по себе звучат как законченное слово (сравните: «Скоробей», «Убейвовка»). Если бы фамилия была образована по стандартной модели, она выглядела бы как Чихпыхов или Чихпыхин, но этого не произошло — значит, её зафиксировали в исходной, прозвищной форме.

Географически фамилия Чихпых не привязана к какому-то одному региону. Встречается она в единичных записях — например, в метрических книгах конца XIX века по Томской губернии, где жили переселенцы из центральных губерний. Возможно, носитель фамилии был ссыльным или солдатом, которому дали прозвище в казарме или на поселении. В любом случае, перед нами не древняя боярская фамилия, а позднее, бытовое прозвище, которое чудом сохранилось и дошло до наших дней.