Фамилия Чудиков — наглядный пример того, как прозвище, данное за характер или поведение, закрепилось в официальном родовом имени. Её основа — слово «чудо» или «чудак». В древнерусском языке «чудо» означало нечто необычное, дивное, а «чудик» (или «чудык») — человека со странностями, чудаковатого, того, кто ведёт себя не как все. Прозвище Чудик могли дать либо человеку с причудами, либо, напротив, тому, кто поражал окружающих каким-то удивительным поступком или талантом. Суффикс -ов указывает на стандартную русскую патронимическую модель: «чей?» — Чудиков, то есть потомок Чудика.

Интересно, что в русской ономастике есть и другой, более редкий, вариант происхождения — от нецерковного имени Чудо. Такие имена давали в языческой традиции, желая ребенку необычной судьбы или в знак того, что его рождение стало для семьи чудом. В этом случае Чудиков — не от прозвища, а от прямого личного имени, что делает фамилию очень древней, восходящей к допетровской эпохе, когда «мирские» имена были в ходу наравне с крестильными.

Географически фамилия Чудиков тяготеет к центральным и северным регионам России. В переписных книгах XVII века встречаются крестьяне и посадские люди с этой фамилией в Вологодском и Архангельском уездах. В XIX веке значительная часть Чудиковых — государственные крестьяне, реже — мещане. Дворянских ветвей с такой фамилией практически нет, что подтверждает её народное, неслужилое происхождение.

Словообразовательная модель проста: корень «чуд-» + суффикс субъективной оценки «-ик» (уменьшительно-пренебрежительный или ласкательный) + патронимический суффикс «-ов». По той же модели построены фамилии Чудаков, Чудинов, Чудин. Разница между Чудиковым и Чудаковым тонкая: в первом случае основа — «чудик» (человек с лёгкой странностью), во втором — «чудак» (более ярко выраженное чудачество). По частоте Чудиков встречается реже, чем Чудаков, что делает фамилию сравнительно редкой.

Таким образом, Чудиков — это фамилия-характеристика, которая прямо говорит о предке: он был либо удивляющим, либо удивлённым, либо просто «не от мира сего». Никакой мистики, только живая русская речь, запечатлевшая человеческую индивидуальность в родовом имени.