Фамилия Дитарли настолько редкая, что в привычных ономастических справочниках по русским, украинским или тюркским фамилиям она не встречается. Это не ошибка, а сигнал: перед нами, скорее всего, позднее образование, возможно, искусственное или принесённое в русский язык из другой языковой среды.

Самый вероятный путь — фамилия имеет тюркское происхождение. Основа «дитар» или «дитарлы» может восходить к слову «дидар» (в персидском и тюркских языках — «лицо», «лик», «встреча», «вид»). В азербайджанском и турецком языках существует слово «didar» (дидар) с тем же значением. Форма «Дитарли» (с конечным «-ли») — это типичный тюркский аффикс принадлежности или происхождения, что-то вроде «имеющий отношение к дидару» или «из рода Дидара». Встречается и вариант «Дидарлы». Таким образом, фамилия могла означать «тот, кто обладает красивым лицом» или «человек с ясным взглядом» — прозвище, данное по внешности.

Другая версия, менее вероятная для русского бытования, но возможная для балканских или греческих носителей, — связь с греческим словом «дитархия» (двоевластие). Однако в качестве фамилии это выглядит натяжкой: фамилии от абстрактных политических понятий в народной среде почти не образовывались.

Третий вариант — фамилия могла быть изменена при записи. В XIX веке переселенцы из турецких или крымских земель (например, греки-урумы или болгары) нередко получали фамилии, искажённые писарем. Исходное «Дитарлы» могло звучать как «Дитаралы» или «Дитаров», но закрепилось в нынешнем виде.

Географически фамилия сегодня встречается единично в России и странах СНГ, а также в Турции (в форме Didarlı). В русском контексте носители — это, вероятно, потомки выходцев из Закавказья или Северного Кавказа, где тюркские языки (азербайджанский, кумыкский, ногайский) были распространены. Сословно предки могли быть крестьянами или ремесленниками, но точных данных нет — фамилия слишком редка для статистики.

Итог простой: Дитарли — тюркская фамилия, образованная от прозвища по внешнему признаку («красивое лицо») с помощью характерного суффикса. Её редкость делает её уникальным маркером небольшого рода, сохранившего исходную форму без русификации.