Фамилия Домашлинец — яркий пример того, как прозвище, данное человеку по его положению или роду занятий, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит слово «домашний», но не в современном бытовом значении, а в старом, сословном.

В русских говорах и в документах XVI–XVII веков «домашними» называли крепостных крестьян или дворовых людей, живших при господском доме, в отличие от крестьян, имевших собственную избу и хозяйство. «Домашний» — это человек, приписанный к дому барина, часто выполнявший работу по дому или во дворе. Прозвище «Домашний» или «Домашливец» мог получить либо такой дворовый человек, либо, реже, хозяин, который редко выходил из дому. Суффикс «-ец» в фамилии Домашлинец указывает на принадлежность: «сын Домашлинца» или «выходец оттуда, где живут Домашлинцы».

Фамилия редкая и географически привязана в основном к западнорусским и белорусским землям. Встречается в Брестской и Гродненской областях, а также на юге Псковщины. Скорее всего, она сформировалась не в центральной России, а на территории, где были сильны польские и литовские влияния на словообразование: суффикс «-ец» там встречается чаще, чем, скажем, «-ов» или «-ин». Интересно, что в тех же краях бытуют родственные фамилии Домаш, Домашевич, Домашкевич — все они восходят к той же основе «домашний», но с разными суффиксами.

В дореволюционных метрических книгах носители фамилии Домашлинец записаны преимущественно как крестьяне или мещане. Никаких дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано — это верный признак того, что предки были людьми простого звания. Скорее всего, первый Домашлинец — это крепостной, которого в документе записали по его положению: «Ивашка Домашлинец» означало «Иван, сын дворового человека».

Если искать параллели, то фамилия Домашлинец стоит в одном ряду с такими, как Дворянинов, Бояринов, Холопов — все они описывали социальный статус предка. Но в отличие от них, Домашлинец сохранила не суффикс «-ов», а более архаичную модель с «-ец», что делает её особенно ценной для историка языка. Это не просто фамилия, а застывшее свидетельство о том, как жили и кем были люди на западных окраинах России триста лет назад.