Фамилия Дубчикова — женская форма фамилии Дубчиков, и её происхождение связано с прозвищем или именем, образованным от слова «дуб» или «дубок». В русской ономастике суффикс «-ов» указывает на принадлежность: Дубчиков буквально означает «сын Дубчика» или «потомок Дубка». Основа «Дуб» — одна из древнейших в славянских фамилиях, но форма с уменьшительным суффиксом «-чик» встречается реже, чем привычные Дубов, Дубинин или Дубровский. Это придаёт фамилии особый оттенок: «дубчик» могло быть ласкательным или ироничным прозвищем — так называли крепкого, коренастого человека, либо, наоборот, молодого парня, которому ещё расти до «дуба».

Вероятнее всего, фамилия образована не от имени, а от прозвища. В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) суффикс «-чик» в прозвищах часто указывает на уменьшительность или профессию, но в данном случае профессия маловероятна: «дубчик» — не ремесленник. Скорее, это характеристика внешности или характера. Вторая версия, менее правдоподобная, — связь с географическим названием вроде Дубчицы или Дубчиково. Такие топонимы существуют в Беларуси и западных областях России, но они сами происходят от того же корня, так что круг замыкается на «дубе».

Социальный контекст: фамилия Дубчиков (и Дубчикова) типична для крестьянской и мещанской среды XIX века. В центральных губерниях России её фиксировали в переписях, но она никогда не была массовой. Встречается также у старообрядцев — «дуб» в народной культуре символизировал силу и долголетие, что могло повлиять на выбор прозвища. Если искать уникальную деталь: в некоторых говорах «дубчиком» называли не только дерево, но и грубую холщовую ткань, окрашенную корой дуба. Так что предок мог быть и ткачом, хотя это лишь гипотеза без надёжных источников.

Географически фамилия Дубчикова сегодня рассредоточена по всей России, но заметный след оставила в Вологодской и Кировской областях. Встречается также на Украине, где суффикс «-чик» более характерен для прозвищ. В любом случае, фамилия Дубчикова — не привозная, а исконно восточнославянская, и её носители могут смело связывать себя с образом дуба: основательного, твёрдого, но с оттенком молодости или малости, заложенным в суффиксе.