Фамилия Дунидин — редкий случай, когда суффикс почти полностью заслоняет корень. Модель образования на первый взгляд проста: основа + суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — Дунидин сын). Но что такое «Дунида»?

Сразу отбрасываем версию, будто это женское имя Дуня (от Евдокия) с прибавкой -ида. В русской ономастике суффикс -ид- не использовался для образования прозвищ или имён. Куда вероятнее, что перед нами искажённое или диалектное звучание слова «дундырь» — так в псковских и тверских говорах называли упрямого, надутого человека. В фамилии произошло типичное для живого произношения упрощение: дундырь → Дундыр-ин → Дунидин. Фонетически это безупречно: сочетание -дыр- в безударном положении могло стянуться в -ди-.

Вторая версия, менее надёжная, но имеющая право на существование, — связь с глаголом «дундеть» (ворчать, брюзжать). В этом случае Дунида — то же, что ворчун. Оба варианта рисуют портрет предка: человек с тяжёлым, несговорчивым характером, за что и получил прозвище.

Географически фамилия привязана к северо-западу России — Псковщине, Новгородчине, отчасти Тверской области. Встречается она редко, почти не выходит за пределы этих мест. Сословно носители, скорее всего, были крестьянами или мещанами: прозвища, основанные на бытовых чертах, в дворянской среде практически не встречались.

Интересно, что фамилия сохранила архаичную огласовку: если бы её писали по современным нормам, она могла бы выглядеть как Дундырин. Но именно вариант Дунидин закрепился в документах, и это дополнительная подсказка о том, где и как говорили предки.