Фамилия Джуские — редкий пример, в котором спорят восточная и славянская версии, причём обе имеют право на существование. Слово «Джуские» стоит во множественном числе, а единственное число (Джуский или Джуская) указывает на модель с суффиксом -ск-, типичную для польской, украинской и русской знати или жителей определённой местности. Но основа фамилии, скорее всего, не славянская.

Разберём основную гипотезу. Прозвище Джус могло восходить к тюркскому «джус» — так у казахов называют крупное племенное объединение, жуз. Если основатель рода был старейшиной или просто принадлежал к одному из жузов, его могли прозвать Джусом. Прибавка суффикса -ск- в таком случае делала фамилию «Джуский» — то есть «происходящий из джуса». Это объясняет и восточный колорит, и форму на -ский, которая часто встречается у родов, перешедших в дворянство или переселившихся в славянскую среду.

Вторая версия связывает прозвище Джус с диалектным глаголом «джустать», который в тверских и новгородских говорах означал «есть, жевать». В этом случае Джусом называли любителя вкусно поесть. Версия правдоподобна, но менее распространена: фамилии от глаголов с корнем «джус» в русских говорах встречаются редко, и обычно они принимают суффикс -ов (Джусов), а не -ский. Поэтому форма Джуские указывает скорее на географическое или социальное происхождение, чем на прозвище по привычке.

Есть и третье, более слабое предположение: что Джус — это вариант имени Иуст или Юст, которое происходит от римского прозвища Iustus («справедливый»). Святые с таким именем почитаются и в православии, и в католичестве. Однако переход «Иуст» → «Джус» фонетически маловероятен для славянских языков и не подтверждается документальными источниками.

Итог: фамилия Джуские — скорее всего, восточного корня, а суффикс -ск- появился при адаптации в русской или польской среде. Потомки носителя прозвища Джус, будь то казахский старейшина или просто человек из определённого жуза, со временем получили фамилию, которая закрепилась в форме Джуские. Но без генеалогических изысканий окончательно определить, какая из версий верна, нельзя — слишком разные следы ведут в степь и в новгородскую деревню.