Фамилия Еёмин — наглядный пример того, как одна буква меняет всё. В ней отчётливо слышен суффикс -ин, который в русских фамилиях указывает на принадлежность: «чей?» — «Еёмин», то есть сын или потомок человека по имени или прозвищу Еёма. И вот здесь начинается главная загадка: что такое «Еёма»?

Самая вероятная версия — диалектное, скорее всего северное или вятское, произношение имени Ефим. В русских говорах звук «ф» часто заменяли на «хв» (Хвилимон вместо Филимон) или вовсе опускали, а «и» переходило в «ё». Так Ефим сначала превращался в Ефима, а потом в обиходе — в Еёму. Это не единичный случай: фамилии Ефимов и Ефимин широко распространены, а Еёмин — их фонетический «близнец», закрепившийся в конкретной местности. В пользу этой версии говорит и распространённость имени Ефим в крестьянской среде до революции.

Есть и вторая, более редкая гипотеза: основа не от календарного имени, а от прозвища. В некоторых говорах «еёма» или «ёма» — это тот, кто постоянно «еёт», то есть ноет, плачет, капризничает (от глагола «еёть» — ныть, хныкать). Прозвище могли дать капризному ребёнку или ворчливому взрослому. Однако эта версия менее убедительна: глагол узко диалектный, а фамилия на -ин, образованная от такого прозвища, почти не встречается в документах. Основная масса носителей фамилии Еёмин сосредоточена в Кировской области и на Урале — именно там, где имя Ефим в местном произношении звучало как «Еёма».

Словообразовательная модель проста: суффикс -ин присоединился к основе «Еём-», а буква «ё» в корне — не орфографическая прихоть, а прямое отражение живого произношения. В отличие от фамилий на -ов, которые указывали на отца (Ефимов — сын Ефима), форма на -ин подчёркивает более тесную, почти семейную связь: не просто «сын», а «маленький Еёма», «Еёмин сын». Со временем это притяжательное прилагательное застыло в фамилии.

Встречается также написание «Еемин» (без точек над «ё»), но это чисто технический вариант — смысл и происхождение те же. Многие носители фамилии до сих пор живут на исторической родине своих предков, в бассейне Вятки и Камы, что косвенно подтверждает севернорусский след. Иных версий, связывающих фамилию с тюркскими или финно-угорскими корнями, нет — звуковой облик слишком характерен для русской диалектной фонетики.