Фамилия Энохова — женская форма от мужской фамилии Энохов, и её происхождение неочевидно на первый взгляд. В отличие от типичных русских фамилий, образованных от крестильных имён (Иванов, Петров), корень «Энох» отсылает к библейской традиции. Энох — русская форма имени Енох, которое носил один из ветхозаветных патриархов, прадед Ноя. В православных святцах это имя встречается, но редко: в России его давали преимущественно в среде старообрядцев или духовенства, где ценили редкие библейские имена. Таким образом, фамилия Энохов могла возникнуть от личного имени Энох (или Енох) по стандартной модели: имя + суффикс -ов, означающий принадлежность («чей?» — сын Эноха).

Однако есть и другая, менее очевидная версия. В южнорусских и украинских говорах слово «эноха» или «еноха» могло быть прозвищем для человека с необычной внешностью или поведением — возможно, от искажённого «инок» (монах) или от диалектного «енот» (зверёк, в переносном смысле — хитрец). Но эта гипотеза слабая: без письменных источников её сложно подтвердить, и основная масса носителей фамилии, судя по географии, сосредоточена не в южных регионах, а в центральной России, где имя Енох встречалось в церковной среде.

Суффикс -ов указывает на русскую модель образования, характерную для фамилий крестьян и мещан в XVII–XIX веках. Фамилия недворянская: в родословных книгах она не фиксируется, а её носители — скорее потомки священнослужителей или старообрядцев, которые брали редкие имена из Библии, чтобы подчеркнуть свою обособленность от официальной церкви. Интересно, что фамилия Энохов встречается в несколько раз реже, чем, скажем, Енохов, что говорит о возможной путанице в документах: при записи в метрических книгах имя Енох часто записывали через «Э» под влиянием греческого написания (Ενώχ).

Если вы ищете свои корни, стоит обратить внимание на губернии, где были распространены старообрядческие общины: Московскую, Тверскую, Нижегородскую. Там фамилия могла закрепиться за семьями, где имя Энох передавалось из поколения в поколение. Точных дат и списков известных носителей нет, но сама фамилия — редкий пример того, как библейское имя, не ставшее массовым, всё же оставило след в русской ономастике.