Фамилия Ежокин образована от неканонического имени-прозвища Ежока. В древнерусской традиции имя Ежока давали не для того, чтобы наречь ребенка колючим, а как оберег: считалось, что если назвать младенца в честь зверя, природа примет его за своего и передаст ему свои качества. Еж в народном сознании олицетворял не столько колючесть, сколько мудрость, хозяйственность и даже магическую защиту — его иглы считались отвращающим средством от сглаза.

Обратим внимание на суффикс -ок- в основе Ежок-: это уменьшительно-ласкательная форма, характерная для мирских имен (ср. Медведок, Волчок, Зайка). То есть Ежока — не просто «еж», а «маленький ежик», домашнее, ласковое прозвище. Суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: «чей?» — Ежокин, то есть сын или потомок Ежоки.

Интересно, что образ ежа в славянской свадебной обрядности был не случаен. У русских пекли особый калач «еж», утыканный позолоченными хворостинками, который служил талисманом для молодоженов в первую брачную ночь. В Польше хлеб в форме ежа готовили у невесты накануне свадьбы. Так что имя Ежока могло нести не просто зооморфный, но и обрядовый, благопожелательный смысл.

Фамилия редкая: в современных базах данных (например, по переписям населения) она встречается единично, преимущественно в центральных областях России — в бывших Владимирской, Нижегородской губерниях, где мирские имена от названий животных держались дольше всего. В отличие от более частотных Ежовых, форма Ежокин сохранила архаичный суффикс, что делает её ценной для историков языка: она показывает, как в XVI–XVII веках образовывали фамилии от уменьшительных форм личных имен, а не напрямую от нарицательных слов.