Фамилия Гордовский — один из тех случаев, где прозвище и церковное имя могли сойтись в одной точке, но с разной логикой. Разбираться стоит с самого простого: суффикс -ск- указывает на то, что фамилия формировалась по польской или западнорусской модели, то есть как «дворянская» или «шляхетская», хотя на деле её носители часто были из простых людей. Это не отчество вроде Иванов или Петров, а скорее указание на место или на принадлежность к роду по имени основателя.

Самая прямая версия — от прозвища Гордый. В древнерусском языке слово означало не только «исполненный чувства собственного достоинства», но и «важный», «недоступный», иногда «заносчивый». Прозвище могли дать человеку с горделивой осанкой или независимым нравом. От этого прозвища образовалась форма Гордовский — то есть «сын Гордого» или «потомок того, кого звали Гордый».

Вторая версия — от крестильного имени Гордий (или Гордей). Имя греческого происхождения, от «гордиас» — «царь», «повелитель». В народе его часто сокращали до Горд. Отсюда по цепочке: Горд → Гордов → Гордовский. То есть фамилия фактически является отчеством второго порядка: внук Горда стал Гордовским.

Сложность в том, что обе версии правдоподобны, и без конкретных записей по местности не понять, какая сработала в каждом отдельном роду. Но есть одна деталь, которую обычно упускают: фамилии на -ский в восточнославянской среде часто возникали у тех, кто переходил из крестьян в мещане или получал землю. Поэтому Гордовские могли быть не просто «гордыми» по характеру, а выходцами из села или местечка, где прозвище закрепилось за целой семьёй.

Так или иначе, фамилия хранит память о человеке, которого выделяли среди других — либо за нрав, либо за имя, данное при крещении. Уточнить, когда и где именно это произошло, можно только через архивные метрики и ревизские сказки, но уже сейчас ясно: перед нами не случайное прозвище, а устойчивое родовое именование с трёхвековой историей.