Фамилия Ионсон — яркий пример того, как русская письменность адаптировала скандинавскую патронимическую модель. Основа здесь — личное имя Ион, которое является одной из западных форм библейского имени Иоанн (в русской традиции — Иван). Суффикс -сон (от шведского son — «сын») буквально означает «сын Иона». Таким образом, первый носитель фамилии Ионсон был, скорее всего, сыном человека по имени Ион.

В России и на постсоветском пространстве эта фамилия — почти всегда наследие шведского или финского влияния. Массово такие фамилии появлялись в двух случаях: либо среди обрусевших шведов, живших в Петербургской губернии и Прибалтике (Ингерманландия), либо среди потомков шведских военнопленных, осевших в России после Северной войны. В отличие от типичных русских фамилий на -ов/-ев или -ин, модель на -сон оставалась неизменной для женщин и не склонялась по падежам, что до сих пор выдает её иноязычное происхождение.

Любопытно, что в Швеции и Финляндии фамилия Ионссон (Jonsson) — одна из самых распространённых, входит в десятку лидеров. Но в русском контексте она встречается редко и почти всегда указывает на конкретную ветвь: предки могли быть либо выходцами из шведского дворянства (в России такие фамилии иногда получали офицеры на русской службе), либо, что вероятнее, ремесленниками или лютеранами-колонистами, переселившимися в XVIII–XIX веках.

С точки зрения словообразования, фамилия стоит особняком: она не прошла типичную для русского языка суффиксацию, а сохранила исходный скандинавский патроним. Поэтому её не стоит путать с русскими фамилиями, образованными от имени Ион (например, Ионов, Ионин) — у Ионсонов корень иной, и история семьи почти наверняка связана с миграцией с севера Европы.