Фамилия Иштынгина — женская форма фамилии Иштынгин, и её происхождение уводит нас не в привычную славянскую топонимику или прозвища, а в мир тюркских корней и, вероятно, сибирских или уральских земель. Судя по структуре, перед нами не «чисто» русская фамилия на -ов/-ев, а редкий для центральной России суффикс -ин, который в данном случае присоединился к основе, не имеющей аналогов в русском лексиконе.

Ключ к разгадке — основа «Иштынг». Скорее всего, она восходит к тюркскому слову «иштык» или «иштын» — в некоторых тюркских языках (например, в казахском, башкирском, татарском) это может означать «внутренний», «нутро», либо быть диалектным вариантом, связанным с понятием «печь», «очаг» (от «ишек» — дверь, вход, но с изменением смысла). Другая версия, более правдоподобная: «иштынг» — это искажённое или местное произношение тюркского имени или прозвища, например, от «иш» (дело, работа) и «тын» (дыхание, душа) — то есть «деятельный», «живой». В таком случае фамилия образована от прозвища, которое дали энергичному или трудолюбивому человеку.

Географически фамилия Иштынгина — редкая, её носители встречаются в основном в Западной Сибири и на Урале, особенно среди народов, испытавших сильное татарское или башкирское влияние (например, у сибирских татар или в смешанных русско-тюркских поселениях). Суффикс -ин указывает на принадлежность: Иштынгин — «сын Иштынги» или «человек из рода Иштынга». В русской традиции такие фамилии часто закреплялись за крестьянами или казаками, которые перенимали тюркские прозвища от соседей или предков-инородцев.

Сравнение с однокоренными фамилиями показывает, что Иштынгин — более редкий вариант, чем, скажем, Ишмуратов или Иштуганов. В словарях Б. Унбегауна и В. Никонова подобная основа не фиксируется как распространённая, что подтверждает её локальный характер. Таким образом, предки носительницы фамилии Иштынгина, скорее всего, жили в зоне контакта русских и тюркских культур и получили прозвище, связанное с характером или занятием, а не с географическим названием.