Фамилия Камникус звучит для русского уха необычно и сразу привлекает внимание своим латинским окончанием -ус. Эта особенность — ключ к разгадке её происхождения. Перед нами, скорее всего, искусственная фамилия, образованная по модели, популярной в духовных училищах и семинариях Российской империи в XVIII–XIX веках. Студентам, выходцам из простонародья, нередко меняли «неблагозвучные» русские фамилии на латинизированные, «учёные» варианты. Основа «Камник-» почти наверняка восходит к русской фамилии Камнев или Каменев, происходящей от прозвища или профессии, связанной с камнем (каменщик, резчик по камню, или же человек с твёрдым, «каменным» характером). Добавление латинского суффикса -икус (как в фамилиях Бенедиктов, Платонов, но здесь в форме существительного) превращало её в нечто вроде «Камневский, но по-латыни».

Иными словами, предок носителя фамилии Камникус, вероятно, был семинаристом или выпускником духовной академии, которому при поступлении дали новую, «благородную» фамилию. Второй, менее вероятный, но возможный путь — это латинизация фамилии Камник, которая могла быть польской или западно-украинской. В польском языке «kamień» — камень, а суффикс -ик мог указывать на владельца каменоломни или каменщика. В таком случае окончание -ус — это стремление придать фамилии псевдолатинский лоск, что тоже было в ходу в шляхетской среде.

Географически фамилия Камникус должна быть редкой и локализованной. Искать её стоит в тех регионах, где были сильные духовные семинарии: центральные губернии России (Киевская, Черниговская, Владимирская, Ярославская), а также в среде польской мелкой шляхты, переселившейся на восток. Поскольку фамилия искусственная, она не указывает на прямое ремесло предка, а скорее на его социальный статус (сын священника или дьячка) и на момент «переименования» в стенах учебного заведения. Встретить её в крестьянской среде почти невозможно — это характерный маркер духовного сословия или, реже, интеллигенции XIX века. Написание фамилии устойчиво, вариантов вроде Камникусов или Камникусский не зафиксировано, что подтверждает её искусственный, книжный характер.