Фамилия Каштванова — редкий случай, где прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с профессией или внешностью, а с внутренним качеством или манерой поведения. Корень здесь — глагол «каштывать» (или «каштырить»), который в южнорусских и украинских говорах означал «суетиться, хлопотать, делать что-то с излишней поспешностью и шумом». Человека, который вечно куда-то бежал, суетился, создавал видимость бурной деятельности, в народе могли прозвать Каштваном. Суффикс -ан- в основе усиливает значение: он указывает на лицо, склонное к названному действию (ср. «гулян», «болван»). Таким образом, Каштван — это «суетливый хлопотун» или «тот, кто постоянно каштырит».

Фамилия образована по стандартной русской модели: к основе Каштван- добавили патронимический суффикс -ов- (в женском роде — -ова). Буква «в» в суффиксе не меняет смысла: это типичное окончание притяжательного прилагательного, отвечающего на вопрос «чей?». То есть Каштванов — буквально «сын Каштвана». Фамилия закрепилась в форме женского рода, что часто встречается, когда в документах фиксировали сначала вдову или дочь. В мужском варианте фамилия звучала бы как Каштванов, но в быту, скорее всего, оба варианта сосуществовали.

Географически фамилия тяготеет к югу России и востоку Украины — к регионам, где бытовал глагол «каштывать». Встречается она нечасто, в основном в Воронежской, Ростовской областях и в Краснодарском крае. В центральных и северных областях России эта фамилия практически неизвестна, что подтверждает её диалектное происхождение.

Интересно, что в некоторых говорах слово «каштва» имело и более конкретное значение: так называли не просто суету, а хлопоты, связанные с угощением или приёмом гостей. Поэтому прозвище могло закрепиться за хлебосольным хозяином, который «каштывал» — то есть угощал, потчевал. Но эта версия менее вероятна: в основе лежит именно глагол с оттенком излишней активности, а не гостеприимства.

Таким образом, предок носительницы фамилии Каштванова был, скорее всего, жителем южнорусского села, которого окружающие запомнили как вечно занятого, суетливого человека — не злого, но шумного и хлопотливого. Прозвище, данное ему, оказалось точным и закрепилось в фамилии, пронеся через поколения образ человека, который «каштывал» без устали.