Фамилия Ханпира стоит особняком в русском ономастиконе — она не вписывается ни в одну из привычных словообразовательных моделей славянских фамилий. В ней нет ни типичного суффикса -ов/-ев, ни -ин, ни -ский. Окончание -а указывает на то, что перед нами, скорее всего, застывшая форма прозвища или имени, не адаптированная под общерусский стандарт.

Самая вероятная версия происхождения — еврейская. Фамилия могла образоваться от словосочетания «хан пира» (ивр. חן פירא) — «красота пира» или «прелесть пира». В таком случае это искусственное, составное имя, типичное для ашкеназских фамилий, которые нередко давали по яркому, запоминающемуся признаку. Учитывая, что фамилии такого типа массово фиксировались в Российской империи в XIX веке, Ханпира могла быть присвоена раввином или чиновником при переписи.

Менее убедительна, но возможна версия, связывающая фамилию с тюркскими корнями. «Хан» — титул, «пир» в тюркских языках может означать «святой», «наставник». Однако сочетание этих двух слов в качестве личного прозвища маловероятно для оседлого населения центральной России; скорее, это случайное внешнее совпадение. Кроме того, финальное -а в тюркских фамилиях встречается редко и обычно является результатом русификации.

Встречаемость фамилии крайне низкая. Основной ареал — бывшие черты оседлости (Украина, Белоруссия, юго-западные губернии), что дополнительно подтверждает еврейскую гипотезу. В дореволюционных метрических книгах носители Ханпира фиксировались как мещане или купцы, что характерно для еврейского населения местечек.

С точки зрения словообразования, фамилия уникальна: в ней нет суффикса принадлежности, она осталась в виде цельного словосочетания. Это делает её ценным примером того, как прозвище-описание могло напрямую стать наследственной фамилией, минуя стадию отчества.