Фамилия Хействер — редкая для русского уха и, скорее всего, нерусская по происхождению. Если разбирать её по составу, то первая часть — «Хейст» — может восходить к немецкому или голландскому корню. В немецком языке «Heist» (или «Heister») — это, во-первых, молодой лес, поросль, а во-вторых, прозвище для шумного, бойкого человека или сорвиголовы. В голландском «Heijst» — это местность, поросшая вереском, или название фермы. Вторая часть — «-вер» — это типичный скандинавский или немецкий элемент, означающий «остров», «мыс» или просто «место» (от древнескандинавского «ver»). Таким образом, Хействер можно перевести как «лесистый остров» или «житель с вересковой пустоши». Это указывает на то, что фамилия образована не от имени, а от географического названия — хутора, деревни или усадьбы, где жил первый носитель.

Словообразовательная модель здесь не славянская: нет привычных суффиксов -ов, -ин или -ский. Фамилия сложносоставная, типичная для германских языков, где два корня сливаются в один. В русском языке такие фамилии — результат поздней иммиграции, скорее всего, в XVIII–XIX веках, когда в Россию приглашали немецких колонистов, ремесленников или офицеров. Встретить Хействера можно было в Поволжье, в Прибалтике или в Петербурге. В метрических книгах лютеранских приходов эта фамилия могла писаться как Heistwer, Heistver или Heistwerth — варианты написания зависели от того, как её записал русский писарь.

Споров о значении почти нет: корень прозрачный. Единственная альтернативная версия — связь с английским «haste» (спешка) или голландским «heist» (в значении «кража»), но она слабая, так как в антропонимике такие корни встречаются редко и не образуют типичных топонимических фамилий. Правдоподобнее всего — именно географическая привязка: предок носителя фамилии жил на острове или возвышенности, покрытой лесом или вереском. Никаких известных дворянских родов с такой фамилией в России не зафиксировано — это скорее фамилия крестьян-колонистов или горожан среднего сословия.

Если ваш предок носил фамилию Хействер, ищите его следы в лютеранских церковных книгах или в списках немецких колоний. В современной России фамилия встречается единично, чаще в странах Балтии и Германии.