Фамилия Храпуилов — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти не изменилось за века. Её ядро — глагол «храпеть» или существительное «храп». В старину «храпуном» или «храпуилом» называли человека, который громко, с присвистом дышит во сне. Прозвище давали не в обиду, а как бытовую примету — в деревенской среде, где спали вповалку, храп был заметной чертой и легко становился семейным прозвищем.

Словообразовательная модель здесь необычна. Суффикс -ил- в русских фамилиях встречается редко, обычно в прозвищах, образованных от глагола: «зубрила», «крутила». Храпуилов — это «сын Храпуила», то есть отчество от прозвища на -ило. Такая форма характерна для северных и центральных областей России, где любили прозвища с этим суффиксом. В южных и западных регионах чаще встречались бы варианты вроде Храпун или Храпко.

Географически фамилия привязана к Поволжью и Уралу. В переписях XVII–XVIII веков Храпуиловы встречаются среди крестьян и посадских людей Симбирской и Казанской губерний. Никакого дворянства за ней не числится — это фамилия рабочего и крестьянского сословия, что подтверждается отсутствием в родословных книгах. Прозвище давали человеку с громким голосом или тяжёлым дыханием, и со временем оно закрепилось за его потомками без изменений.

Спорных версий у этой фамилии почти нет. Единственная альтернатива — связь с диалектным словом «храп» в значении «наглость, дерзость» (отсюда «храпуило» — нахал). Но маловероятно, что такое прозвище прижилось бы в крестьянской среде как основное: храп во сне — куда более очевидная и нейтральная примета. Поэтому большинство ономастов сходятся на «сонной» версии.

Фамилия сохранила редкий суффикс, который в современном русском почти не работает как словообразовательный. Храпуилов — живой пример того, как бытовая черта, записанная в переписной лист триста лет назад, дожила до наших дней почти без изменений.