Фамилия Коргобугелян звучит для русского уха сложно и непривычно, но её строение прозрачно указывает на армянское происхождение. Ключевой маркер — суффикс -ян, один из самых распространённых в армянской ономастике. Он означает принадлежность, происхождение, чаще всего от рода или предка: буквально «из семьи такого-то» или «сын такого-то». Таким образом, Коргобугелян — это потомок человека, которого звали или прозвали Коргобугел.

Основа фамилии — Коргобугел — состоит из двух частей: «корг» и «бугел». Слово «корг» в армянском языке имеет несколько значений, но в контексте прозвищ чаще всего связывается с понятием «кривой», «горбатый», «согнутый». «Бугел» — более редкая и спорная часть. Вероятнее всего, это диалектный вариант армянского слова «буг» (бук), то есть «бук» (дерево) или же искажённое «бугел» — «узел», «связка», «пучок». В таком случае прозвище Коргобугел могло означать «кривой бук» или «горбатый узел» — образное, возможно, насмешливое прозвище, данное человеку за особенности внешности или фигуры.

Менее вероятная, но допустимая версия — что «бугел» восходит к турецкому или персидскому заимствованию со значением «кольцо», «обруч». Тогда «коргобугел» — «кривое кольцо», что тоже могло стать прозвищем мастера, делающего или ремонтирующего металлические обручи для бочек, или же человека с какой-то характерной деталью в одежде или поведении.

Скорее всего, фамилия Коргобугелян — не дворянская и не княжеская. Такие составные прозвища, построенные по принципу «прилагательное + существительное», характерны для простонародной среды. Предки носителя фамилии могли быть ремесленниками, крестьянами или мелкими торговцами из Западной Армении (историческая область на востоке современной Турции) или из регионов с сильным турецким влиянием, где бытовали подобные диалектные формы. Армянские фамилии на -ян массово закрепились в XIX веке, во время переписи населения в Российской империи, так что окончательное оформление фамилии произошло не ранее этого времени.

Встретить фамилию Коргобугелян сегодня можно в России, Армении и среди армянской диаспоры, но она остаётся очень редкой. Её необычное звучание и сложная внутренняя форма — прямое свидетельство того, что предки говорили на живом, диалектном языке, где слова могли складываться в яркие, почти поэтические прозвища.