Фамилия Ксылин — одна из тех, что ставит исследователя в тупик с первой буквы. В ней нет привычного славянского корня, который легко прочитать и сразу понять: «сын кузнеца» или «внук медведя». Начальное «кс» для русских фамилий нетипично, и это сразу подсказывает, что основа либо иноязычная, либо переосмысленная.

Самый вероятный путь — фамилия образована от прозвища или имени Ксыла. Что могло значить это слово? В русских говорах встречается глагол «ксыть» — убираться, выметаться, исчезать. Отсюда «ксыла» — человек, который постоянно куда-то уходит, непоседа, или, наоборот, тот, кого гонят прочь. Прозвища по поведению — распространённая модель: Баламут, Неслух, Кручина. Суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: «чей?» — Ксылин, то есть сын или потомок Ксылы.

Менее вероятная, но возможная версия — связь с тюркскими языками. В казахском и татарском есть слово «ксыл» (кызыл) — красный. Если носитель фамилии из регионов, где были сильны тюркские влияния (Поволжье, Южный Урал), то прозвище Ксыл мог получить рыжеволосый или румяный человек. Но тогда ожидалась бы фамилия Ксылов (по тюркской модели), а не Ксылин. Суффикс -ин характерен именно для русской ономастики, поэтому версия с поведением выглядит убедительнее.

Фамилия редкая. В открытых данных переписей и телефонных справочниках она встречается точечно, в основном в центральной России и на Волге. Это говорит о том, что род был немногочисленным и не дал массового расселения. Никаких «дворянских» или «крестьянских» отметок у Ксылиных нет — фамилия, скорее всего, сформировалась в среде простых людей, в крестьянской или посадской среде, где прозвища давали метко и без чинов.

Если копнуть глубже, можно заметить, что фамилия Ксылин стоит в одном ряду с такими же «неудобными» для этимолога фамилиями, как Рыжин, Губин, Кривоногов. Все они образованы от прозвищ, которые описывали внешность, характер или манеру поведения. Разница лишь в том, что корень «ксыл» почти исчез из языка, и теперь мы гадаем, был ли предок торопливым человеком, которого все «ксыли» (гнали), или же он сам был тем, кто любил «ксыть» — срываться с места без предупреждения.