Фамилия Кукернадегчвиков — редчайший случай в русской ономастике, и её разбор требует нестандартного подхода. Если отбросить очевидное сходство с грузинскими фамилиями на -швили, то перед нами не грузинская, а русская фамилия, образованная по модели «прозвище + суффикс -ов». Ключ к пониманию — в основе «кукернадегчви».

Скорее всего, это не одна основа, а сцепка нескольких слов, которая со временем превратилась в единое прозвище. Первая часть — «кукер» — может восходить к диалектному «кукерь» (сноп, копна) или к глаголу «кукеркаться» (кувыркаться, возиться). Вторая часть — «надегчви» — звучит как искажённое «на дегтю» или «на дегтевиче». Деготь — продукт сухой перегонки древесины, широко использовался в крестьянском быту для смазки колёс, пропитки кожи, лечения лошадей. Прозвище «Кукернадегте» мог получить человек, который, например, неловко обращался с дёгтем и постоянно пачкался, или же тот, кто жил при дегтярном производстве.

Суффикс -ов указывает на типичную русскую модель образования фамилий от прозвищ или имён. Таким образом, Кукернадегчвиков — буквально «сын того, кого прозвали Кукернадегчви». Фамилия явно возникла в среде крестьян или ремесленников, связанных с дегтярным промыслом, и закрепилась в каком-то одном регионе, возможно, на севере или в центральной России, где дёготь был в ходу.

Вторая версия, менее вероятная, — что «кукер» восходит к имени Кукер, которое могло быть славянским дохристианским именем, а «надегчви» — искажённое отчество. Но из-за громоздкости и необычности сочетания именно прозвищная версия выглядит убедительнее. Носителей фамилии, судя по всему, единицы, и её уникальность — в том, что она сохранила в себе целую бытовую сценку из жизни предка.