Фамилия Лабиратуда — редкий случай в русском ономастиконе, который почти наверняка имеет не славянское, а западноевропейское происхождение. Скорее всего, перед нами фамилия, образованная от латинского словосочетания labore et studio — «трудом и усердием» (или labore et virtute — «трудом и доблестью»). В эпоху Возрождения и позднее в среде католического духовенства, а также среди университетских профессоров и юристов было принято брать себе латинизированные фамилии, которые звучали как девизы или крылатые фразы. Лабиратуда могла возникнуть из соединения labore («трудом») и atitudo (испорченное aptitudo — «способность» или «пригодность»), либо же это народная переделка более длинного латинского выражения, которое сократили и адаптировали в бытовой речи.

В России эта фамилия встречается исключительно редко, и её носители, вероятно, являются потомками выходцев из Польши, Литвы или Западной Украины, где в XVI–XVIII веках среди шляхты и городских интеллектуалов была мода на такие «учёные» фамилии. Возможен и другой путь: фамилию мог получить семинарист при поступлении в духовное училище. В русских семинариях будущим священникам нередко давали фамилии, образованные от латинских корней, чтобы оторвать их от крестьянского или мещанского прошлого. Лабиратуда в этом ряду стоит рядом с такими фамилиями, как Сперанский (от spero — «надеюсь») или Бенедиктов (от benedictus — «благословенный»). Однако для семинарской традиции характерны фамилии на -ский, а Лабиратуда оканчивается на -а, что больше напоминает итальянские или испанские фамилии (ср. Лабитуд, Лабитура).

Если отбросить латинскую версию, остаётся редкая возможность, что фамилия — это искажённая запись тюркского или кавказского имени. Но в таком случае она должна была звучать иначе (например, Лабират, Туда). Поскольку ни в одном доступном словаре русских фамилий (Унбегаун, Никонов, Веселовский) Лабиратуда не упоминается, наиболее правдоподобной остаётся гипотеза об искусственном латинском происхождении, принесённом в Россию через польское посредничество или через выпускников Киево-Могилянской академии. Носители фамилии, скорее всего, происходили из среды образованного духовенства или мелкой шляхты, а не из крестьян, так как фамилия слишком книжная и не связана с бытовыми прозвищами.