Фамилия Лердуновских — одна из тех, что сразу привлекает внимание непривычным звучанием и редким суффиксом. Она образована по модели, типичной для северных и сибирских регионов России: суффикс -ских (в родительном падеже множественного числа) указывает на принадлежность к роду или местности. В данном случае мы видим форму «Лердуновских», что грамматически является родительным или предложным падежом от фамилии Лердуновские. Такие фамилии обычно закреплялись за целыми семьями или династиями, жившими в одном селе или деревне. Встречаются они чаще всего в бывших вотчинных землях Новгорода, в Вятке, на Урале и в Зауралье — там, где фамилии на -ских/-цких были особенно распространены среди крестьян и мещан.

Основа фамилии — «Лердунов» — явно восходит к прозвищу или неканоническому имени Лердун. Корень здесь неочевиден, и это порождает несколько версий. Самая вероятная: в основе лежит диалектное слово «лерда» или «лерд» — в некоторых говорах русского Севера так называли неряшливого, неопрятного человека, либо того, кто ходит в рваной одежде. Сравните с архангельским «лёрда» — «оборванец» или «лентяй». В таком случае прозвище Лердун мог получить неаккуратный или безалаберный человек. Суффикс -ун в русских прозвищах типичен для характеристики по действию или свойству (например, ворчун, молчун, бегун). Менее правдоподобна версия о связи с тюркскими или финно-угорскими корнями: в языках народов Поволжья и Приуралья не зафиксировано близких по звучанию основ, которые дали бы фамилию с таким окончанием. Скорее всего, перед нами чисто русское диалектное прозвище, которое со временем превратилось в фамилию.

Интересная деталь: фамилия Лердуновских сохранила архаичную падежную форму. Если бы она прошла стандартную эволюцию, то, скорее всего, превратилась бы в Лердуновы. Но в северорусской традиции фамилии на -ских часто не склонялись по падежам в речи, а в документах записывались именно в такой «застывшей» форме, указывающей на принадлежность к целому роду: «Из дома Лердуновских». Поэтому Лердуновских — это не просто фамилия одного человека, а память о целой семейной общине, которая жила, вероятно, в одной деревне или починке на севере европейской России или в Прикамье. Точных сведений о сословной принадлежности нет, но массовый характер таких фамилий говорит о крестьянском или посадском происхождении. В дореволюционных метрических книгах и ревизских сказках эта фамилия встречается крайне редко, что подтверждает её локальный и нетиражированный характер.