Фамилия Лезликова — женская форма фамилии Лезликов. С первого взгляда корень «лезл-» выглядит необычно, но за ним стоит вполне конкретное прозвище. Скорее всего, в основе лежит слово «лезло» — старинное название лезвия, острия ножа или другого режущего инструмента. В говорах «лезлом» могли называть и сам нож, и бритву, и даже шило. Соответственно, прозвище Лезло могли дать человеку, который торговал ножами, точил их или просто отличался острым языком — в переносном смысле.

Модель образования фамилии стандартная для русского севера и центральных областей: прозвище на -о, затем суффикс -ов (Лезлов), а от него — притяжательная форма Лезликов. Дело в том, что в разговорной речи и в документах XVII–XVIII веков прозвища на -о часто склонялись с добавлением -л- перед падежными окончаниями: «сын Лезла» — «Лезлов», а в некоторых диалектах — «Лезлин». Форма Лезликов возникла, вероятно, как вариант с двойным суффиксом: -л- (от основы) + -ик- (уменьшительный или патронимический) + -ов. Это редкая, но не уникальная модель: встречаются фамилии вроде Козликов (от Козёл) или Орликов (от Орёл).

Географически фамилия тяготеет к Ярославской, Костромской и Вологодской областям. В этих краях слово «лезло» бытовало активно, а суффикс -ик- в фамилиях встречается чаще, чем на юге. Например, в переписных книгах XVII века попадаются крестьяне с прозвищем Лезло, а в XIX веке — уже Лезликовы из крестьянского сословия. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что указывает на происхождение из среды ремесленников или сельских жителей.

Есть и менее вероятная версия: связь с диалектным глаголом «лезть» — в значении «быть навязчивым, лезть не в своё дело». Однако эта гипотеза слабее, потому что от глагола обычно образовывали фамилии через суффикс -ун (Лезгун, Лезгалов), а не через -ло. Так что основная версия — ремесленная или прозвищная, связанная с ножом или острым предметом.

Сегодня носители фамилии Лезликова живут в основном в центральной России, но встречаются и в Сибири — результат переселений XIX–XX веков. Фамилия редкая, не попала в массовые справочники, что делает её особенно ценной для семейной истории: каждый случай — отдельная ветвь, уходящая корнями в конкретное прозвище и конкретное ремесло.