Фамилия Лохоблохов звучит настолько вызывающе, что первое, что приходит в голову — это шутка или псевдоним. Однако у неё есть все признаки реальной русской фамилии, образованной по классической модели «прозвище + суффикс -ов». Разберём её всерьёз, потому что за комичным звучанием скрывается довольно редкий случай словообразования.

Основа фамилии — составное прозвище «Лохоблох». В нём первая часть, «лох», в старых русских говорах имела несколько значений. В северных и сибирских диалектах «лохом» называли сома или вообще крупную рыбу (от финно-угорского lohi — «лосось»). В южнорусских областях «лох» — это нерасторопный, простоватый человек (значение, ставшее общеупотребительным позже). Вторая часть, «блох», — это либо прямое указание на насекомое, либо, что вероятнее, прозвище суетливого, мелкого, «скачущего» человека. Соединение двух прозвищ в одно — «Лохоблох» — могло означать «рыбный блох» (то есть мелкий паразит на рыбе) или, в переносном смысле, «нерасторопный суета». Такие сдвоенные прозвища были характерны для крестьянской среды, где меткость ценилась выше благозвучия.

Суффикс -ов указывает на типичную вотчинную форму: Лохоблохов — сын Лохоблоха. Фамилия могла закрепиться за одной семьёй в конкретной местности, скорее всего, на Русском Севере или в Поволжье, где диалектное слово «лох» в значении «рыба» было в ходу. В центральных губерниях с более поздним закреплением фамилий такое прозвище вряд ли прижилось бы из-за бытовой негативной окраски слова «лох».

Версия о том, что фамилия происходит от какого-то иноязычного корня (например, тюркского или финского), маловероятна: обе части — «лох» и «блох» — чисто русские по происхождению, хотя «лох» и имеет древние финно-угорские параллели. Спор о том, считать ли это прозвище обидным, решается просто: в момент возникновения (XVII–XVIII века) слово «лох» ещё не имело того уничижительного смысла, который появился в XX веке. Для предка это была просто характеристика — возможно, по занятию (рыбак) или по поведению.

В современных базах данных фамилия встречается единично, что подтверждает её локальный и, скорее всего, недворянский характер. Носители, если они есть, — потомки крестьян или мещан, получивших фамилию по уличному прозвищу. Никаких известных исторических деятелей с такой фамилией не зафиксировано, что для редких прозвищных фамилий нормально. Главная ценность этой фамилии — в её прозрачной, хотя и громоздкой, внутренней форме, которая позволяет заглянуть в мир народной номинации, где слова соединяли не по правилам благородства, а по принципу точности.