Фамилия Лондратьева — редкий пример, где на слух почти очевидная основа на деле оказывается неочевидной. С первого взгляда кажется, что перед нами вариант фамилии Ландратьев или Лондратьев, а значит, в основе лежит имя Евлампий (разговорная форма Лампий, Лантрат) или имя Андроник (где «др» — результат стяжения). Но суффикс -ев указывает на то, что фамилия образована от прозвища или имени, оканчивающегося на мягкий согласный: Лондрать, а не Лондрат.

Самая вероятная версия: Лондрать — это искажённая форма имени Леонтий. В русских говорах имя Леонтий (от греческого «лев») давало множество производных: Левонтий, Левон, Лёня. В диалектах, где «е» переходило в «о» под ударением (ёканье), а «в» оглушалось или выпадало, форма «Левонтий» могла превратиться в «Левонть» → «Левондрать» → «Лондрать». Потеря начального «в» и появление вставного «д» между «н» и «р» (эпентеза) — явление типичное для народной речи: так «Лаврентий» превращался в «Лаврендратий», а «Леонтий» — в «Левондратий».

Вторая гипотеза, менее убедительная, связывает фамилию с топонимом: в Вологодской и Архангельской губерниях встречаются деревни с названиями вроде Лондра или Лондратово. Переселенец из такой деревни мог получить прозвище Лондрать, от которого и пошла фамилия. Однако географическая привязка слабая — таких названий крайне мало, и они сами, скорее всего, произошли от личного имени.

Интересная деталь: форма Лондратьева (женский род) сохранена в исходном вопросе, но исторически фамилия передавалась по мужской линии как Лондратьев. Встречается она почти исключительно в центральных и северных регионах России — в Ярославской, Костромской, Вологодской областях. Это косвенно подтверждает версию с диалектным изменением имени Леонтий: именно в этих краях «ёканье» и вставные согласные были особенно распространены.

Социальный слой носителей фамилии — в основном крестьяне и мещане. Дворянских родов Лондратьевых не зафиксировано. Фамилия не попала в массовые списки, не «раскручена» литературой или историей, поэтому её носители — потомки людей, которых в документах записывали «на слух», как слышал писарь. Это делает фамилию ценным свидетельством живой народной фонетики XIX века.