Фамилия Лякушаборзуханов — один из самых ярких примеров составной русской фамилии, где в одной основе соединились сразу несколько смыслов. В отличие от типичных фамилий, образованных от одного прозвища (Кузнецов, Смирнов), здесь перед нами прозвищное предложение, целая фраза, застывшая в фамилии. Её структура прозрачна: «Лякуша» + «борз» + «ухан» + суффикс -ов. Каждый из этих элементов требует отдельного разбора.

Первая часть, «лякуша», скорее всего, не имеет отношения к современному слову «лягушка». В русских говорах, особенно северных и уральских, «лякуша» — это прозвище плаксы, нытика (от глагола «лякать» — плакать, хныкать). Также в диалектах «лякуша» могла означать заику или человека с невнятной речью. Вторая часть, «борз», — очевидный корень от «борзый» (быстрый, резвый). В древнерусском языке «борз» часто входило в состав прозвищ и даже имён (Борзко, Борзой). Третья часть, «ухан», — это либо прозвище человека, который «ухает» (издаёт глухой звук, кричит совой), либо, что вероятнее, усечённая форма от «ухарь» — удалец, смельчак, разбитной малый.

Таким образом, вся конструкция «Лякушаборзухан» — это сложное прозвище, которое можно перевести как «плакса-быстрый-ухарь» или «нытик-резвый-удалец». Скорее всего, оно носило ироничный характер: так в шутку называли человека, который сочетал в себе противоположные черты — то ли был медлительным в делах, но быстрым на язык, то ли внешне казался унылым, а на деле оказывался бойким. Подобные составные прозвища (типа «Убейворота», «Зачешигриву», «Попадьин») характерны для крестьянской среды XVI–XVII веков, где меткое слово могло закрепиться за целым родом.

Фамилия образована по стандартной модели: к основе «Лякушаборзухан» добавили типичный русский суффикс -ов, указывающий на принадлежность (чей? — Лякушаборзуханов). Это значит, что родоначальника звали просто Лякушаборзухан, а его потомки стали Лякушаборзухановыми. География фамилии, судя по редкости, ограничена, вероятно, одним из регионов Русского Севера или Урала, где диалектные слова «лякуша» и «ухан» бытовали в речи. В современных официальных источниках фамилия встречается единично, что подтверждает её уникальный, «штучный» характер. Это не результат канцелярской ошибки, а живое свидетельство того, как в русском языке из бытовой шутки могло родиться полноценное родовое имя.