Фамилия Люлючева — одна из тех, что при первом взгляде кажется тюркской, но при ближайшем рассмотрении оказывается чисто русской по словообразовательной модели. Её основа — прозвище Люлюк, а суффикс -ев указывает на принадлежность («чей?»), то есть Люлючев — сын Люлюка. Это типичная патронимическая фамилия, образованная в XV–XVII веках, когда на Руси активно закреплялись прозвищные фамилии.

Корень здесь — «люлю», звукоподражательное междометие. В русских говорах «люлюкать» означало напевать колыбельную («люли, люли»), а «люлюка» — ласковое обращение к ребёнку или просто болтун, пустомеля. В словаре В. И. Даля зафиксировано: «люлюкать — баюкать, убаюкивать». Таким образом, прозвище Люлюк мог получить либо человек, который часто пел колыбельные (например, нянька или отец-пестун), либо, что вероятнее, говорун, которого называли «люлюкой» за привычку болтать без умолку. Вторая версия подкрепляется тем, что в народе «люлю» иногда связывали с «люли» в смысле «пустяки, вздор» (ср. «разводить люли»).

Редкость фамилии объясняется неочевидностью корня. В отличие от фамилий от крестильных имён (Иванов, Петров), прозвище Люлюк не было широко распространено. Оно могло возникнуть в северных или центральных губерниях, где сохранялась диалектная лексика. Интересно, что фамилия Люлючев — мужская форма, а Люлючева — женская, но в современном быту закрепилась именно форма на -а, характерная для женских фамилий. Если искать однокоренные, то это Люлюкин, Люлюхин (от «люлюха» — тот же корень, но с другим суффиксом). Все они крайне немногочисленны.

Версия о тюркском происхождении (от «люль» — «трубка» или «люля» — «красавица») маловероятна: суффикс -ев в русском языке однозначно оформляет славянскую основу. Тюркские фамилии обычно оканчиваются на -ов, но с другим типом ударения и семантикой. Здесь же перед нами чисто русское звукоподражательное прозвище, которое со временем стало фамилией.