Фамилия Лющик — яркий пример того, как по суффиксу можно определить географию происхождения. Суффикс -ик указывает на западноукраинские или белорусские земли, где такие фамилии были особенно распространены. В отличие от великорусских фамилий на -ов/-ев, -ин, которые часто образовывались от притяжательных прилагательных («чей?»), модель на -ик говорит о принадлежности к роду или о профессиональной характеристике человека. Лющик — это не «сын Люща», а скорее «тот, кто имеет отношение к Лющу».

Основа фамилии, Лют-, вызывает несколько версий, и самая прямая из них — прозвище Лютый. В древнерусском языке «лютый» означало «свирепый», «жестокий», «злой». Так могли прозвать человека с суровым нравом, воина, не знающего пощады, или же просто угрюмого и нелюдимого соседа. Однако в фамилиях редко сохраняется прямое значение прозвища — со временем оно могло стать нейтральным родовым именем, утратив первоначальную характеристику.

Вторая версия отсылает к профессии. «Лютик» — это не только цветок, но и название кузнечного инструмента, разновидности молота или зубила. В украинских говорах «лютик» мог означать и «железный лом». Если предок был кузнецом или работал с металлом, его могли прозвать по орудию труда — Лютик, а потом и Лющик. Такая связь ремесла и фамилии встречается постоянно: Кузнец, Коваль, Молоток.

Форма Лющик (с «щ») вместо ожидаемого Лютик — результат фонетических процессов. В украинском и белорусском языках звук «т» перед мягкими гласными мог переходить в «ч» или «щ» (так называемое ассимилятивное смягчение). Поэтому Лютый → Лютик → Лющик — абсолютно нормальный путь развития слова на слух. В дореволюционных метрических книгах можно встретить оба варианта написания: Лютик и Лющик, что только подтверждает их родство.

Фамилия не относится к числу дворянских или широко известных. Она бытует преимущественно на западе Украины (Волынь, Ровенская область), в южных регионах Беларуси (Брестчина) и среди потомков переселенцев в Сибири и на Дальнем Востоке. Носителей фамилии Лющик в России немного, и встретить её можно скорее в среде, где сохранилась память о западнорусских корнях.