Фамилия Мамадризоева — яркий пример того, как русский суффикс присоединился к восточному имени, закрепив фамилию в привычной для нас форме. В основе лежит мужское имя Мамадризо, которое само по себе является сложносоставным и распространено в таджикской и узбекской среде. Оно восходит к арабскому «Мухаммад» (прославляемый, достохвальный) и «Ризо» (от арабского رضا — довольство, удовлетворение; в исламской традиции это также одно из имен, означающее «тот, кто доволен предопределением Аллаха»). Таким образом, имя Мамадризо можно перевести как «Мухаммад, довольный (судьбой)» или «хвала довольному».

Словообразовательная модель здесь проста и показательна. К основе Мамадризо добавился русский патронимический суффикс -ев, указывающий на принадлежность: «чей?» — Мамадризоев. Окончание -а (Мамадризоева) — это стандартный грамматический показатель женского рода в русском языке. Такая модель типична для фамилий, которые возникли в XIX–XX веках на территориях Средней Азии, входивших в состав Российской империи, когда местные жители получали фамилии по отцу с помощью русских суффиксов.

Интересно, что фамилия Мамадризоева не имеет отношения к русским прозвищам или ремеслам. Её корни — чисто антропонимические, идущие от мусульманской традиции имянаречения. В отличие от фамилий на -ский или -ин, которые часто указывают на географию или принадлежность к конкретному роду, здесь мы видим прямой перенос личного имени отца. Носительница такой фамилии — дочь или потомок человека по имени Мамадризо.

Географически фамилия привязана к Таджикистану и Узбекистану, реже встречается среди выходцев из Афганистана. В России и других странах постсоветского пространства она редка и обычно указывает на миграцию из этих регионов. Из-за сложного для русского уха звучания в документах иногда встречаются варианты написания: Мамадризаева (через «а» во втором слоге) или Мамадризоев (без окончания -а, если речь о мужчине). Однако исходная форма с «о» и окончанием -а для женщины — самая верная.

С социальной точки зрения, фамилия не несет информации о сословии: её могли получить и крестьяне-дехкане, и горожане, и представители духовенства. Единственное, что она гарантированно говорит — о мусульманском вероисповедании предков и их принадлежности к ираноязычной или тюркской культуре.