Фамилия Маняченко — яркий пример украинской модели образования фамилий с помощью патронимического суффикса -енко, который буквально означает «маленький» или «сын кого-то». В данном случае — сын человека по прозвищу Маняка. Суффикс -енко характерен именно для восточных и центральных областей Украины и исторически закрепился в казацкой среде, вытеснив более ранние формы на -ович.

Главная загадка фамилии — в её основе. Корень маняк- имеет несколько значений, и каждое из них рисует совершенно разный портрет предка.

Первая и самая прямая версия связывает прозвище Маняка с украинским словом «маняка» — пугало, чучело в огороде, а в переносном смысле — привидение или кикимора. Вряд ли такое прозвище давали за красоту. Скорее всего, оно отражало либо внешность человека (неопрятность, несуразность, высокий рост и худобу, как у жерди), либо его манеру вести себя — пугать окружающих, быть угрюмым или, наоборот, любить внезапно появляться.

Вторая версия отталкивается от диалектного глагола «маньячить». Этот глагол многозначен: он может означать и «канючить, выпрашивать», и «обманывать, морочить голову», и «актёрничать, притворяться». Если прозвище Маняка дали по этой причине, то предок мог быть хитрым просителем, ловким плутом или, напротив, балагуром и лицедеем. В украинских говорах есть и слово «мана» — обман, наваждение, что поддерживает эту версию.

Наконец, существует вероятность, что фамилия Маняченко восходит к так называемому «охранительному» имени. В древности родители, желая уберечь ребёнка от сглаза или злых духов, могли намеренно дать ему имя с негативным смыслом — Маняка (пугало). Считалось, что злые силы не позарятся на такого ребёнка, и он вырастет здоровым и удачливым. Позже это прозвище, закрепившись в документах, вытеснило крестильное имя и перешло к потомкам уже как фамилия.

Таким образом, фамилия Маняченко — не простая. Она могла принадлежать и потомку пугающего вида человека, и сыну ловкого обманщика, и наследнику, получившего имя-оберег от бед. Выбрать одну версию без точного знания истории конкретной семьи невозможно, но все три варианта укладываются в народную традицию прозвищ, где внешность, характер и суеверия тесно переплетены.