Фамилия Намени — один из тех редких случаев, когда разбор упирается не в суффикс, а в саму основу. Окончание «-и» здесь не типичный русский суффикс принадлежности (-ин), а скорее застывшее окончание множественного числа или родительного падежа, характерное для фамилий, образованных от прозвищ в форме множественного числа (ср. Седых, Косых, Болдыревых). Но в отличие от них, основа «Намен» не имеет очевидных славянских параллелей.

Самая вероятная версия выводит фамилию из тюркских языков. Слово «намен» или близкое к нему «наман» в ряде тюркских наречий (особенно в казахском и киргизском) означает «плохой», «дурной», «нехороший». Прозвище Намен могли дать человеку с трудным характером, неудачливому в делах или просто тому, кого считали невезучим. В кочевой среде такие прозвища были распространены — их давали не в обиду, а как оберег, чтобы отвести от ребёнка злые силы. Со временем прозвище закрепилось за родом, а при переходе в русскую среду (например, через крещение или приписку к крестьянскому сословию) оформилось в фамилию с характерным окончанием «-и».

Менее убедительна, но возможна связь с личным именем Намен — гипотетической краткой формой от крестильного имени, например, от Назарий или Наум. Однако такая модель (усечение корня до «Нам-» + суффикс «-ен») для русской антропонимии нехарактерна. Обычно усечение давало формы вроде Назар → Наза, Наум → Наумка, а не Намен. Поэтому тюркская версия выглядит предпочтительнее.

Географически фамилия тяготеет к регионам бывшего Казанского ханства и южному Уралу, где веками происходило смешение тюркского и славянского населения. Встречается она крайне редко, что подтверждает её локальное происхождение: скорее всего, один род, получивший прозвище, со временем разросся, но не дал массового распространения.

Таким образом, если ваши предки носили фамилию Намени, с большой вероятностью они происходят из среды, где тюркский язык был бытовым, а прозвище «Намен» — не комплиментом, а меткой, которая со временем стала фамильной гордостью.