Фамилия Найфлейш звучит для русского уха непривычно, и сразу понятно: её корни не в славянских наречиях, а в немецком языке. В исходном написании Neifleisch она складывается из двух основ, и каждая из них прозрачна для того, кто знаком с немецким. Первая часть — «най» — восходит к корню niu, что значит «новый». Вторая — «флейш» — переводится как «мясо». Получается буквально «новое мясо».

Такая модель образования — из двух обиходных немецких слов — характерна для так называемых искусственных фамилий, которые массово присваивали еврейскому населению в Германии и Австро-Венгрии в конце XVIII — начале XIX века. Тогда, в эпоху обязательной паспортизации, раввинам и чиновникам приходилось в сжатые сроки сочинять тысячи новых фамилий. В ход шло всё, что попадалось на глаза: названия деревьев, животных, природных явлений, продуктов. Поэтому рядом с Найфлейш возникали столь же странные на слух Вейценбаум («пшеничное дерево»), Зауэрштром («кислый поток»), Левенфиш («рыба-лев»), Цигенбаум («козье дерево»), Квечман («высказываться неохотно»). Эти фамилии не были наследственными прозвищами, а создавались по указу — быстро и часто без особого смысла, просто чтобы отличить одного человека от другого.

Правда, у значения «новое мясо» есть и другое прочтение. В некоторых немецких диалектах слово neu в составе сложных фамилий могло указывать не на свежесть, а на новосёла, пришлого человека. То есть Найфлейш — это, возможно, «мясник, который недавно поселился в городе» или «торговец мясом, приехавший из другого места». Но эта версия менее вероятна: в документах XVIII—XIX веков такие составные фамилии чаще всего давали без оглядки на род занятий человека, просто как ярлык.

Суффикса, который помог бы понять географию фамилии, в ней нет — она застыла в форме чистой основы, без русских окончаний -ов или -ин. Поэтому Найфлейш и осталась узнаваемо немецкой, а её носители в России, скорее всего, потомки тех самых еврейских семей, которые переселились из германских земель или из черты оседлости. Встречается она редко, и в этом её особенность: перед нами не разросшийся род, а след конкретной исторической эпохи, когда фамилию человеку могли выдать, а не унаследовать.