Фамилия Нехвядович — редкий пример того, как церковное имя, пройдя через народную языковую мельницу, превратилось в устойчивый родовой знак. В её основе лежит имя Нехвяд, а вот от какого именно канонического имени оно произошло — вопрос, в котором исследователи расходятся.

Наиболее распространённая версия связывает Нехвяда с именем Мефодий (в переводе с греческого — «ищущий»). Путь здесь был не прямой: полная форма Мефодий в народной речи сначала редуцировалась до Нефед (отбрасывание первого слога и упрощение — типичная черта украинской и белорусской традиции), а уже от Нефеда возникла промежуточная форма Нехвяд. Такая цепочка переходов — Мефодий → Нефед → Нехвяд — хорошо объясняет появление неожиданного «х» в корне: звук [ф] в говорах часто заменялся на [хв], что давало более привычное для восточнославянского уха сочетание.

Альтернативная гипотеза возводит Нехвяда к имени Неофит (от древнегреческого neophytos — «новообращённый, недавний христианин»). Эта версия тоже имеет право на существование: Неофит — редкое, но вполне реальное имя в святцах, и его разговорные формы могли звучать по-разному. Однако она менее убедительна: для перехода Неофит → Нехвяд потребовалось бы слишком много фонетических изменений, тогда как цепочка от Мефодия выглядит логичнее и подтверждается типологией других фамилий, образованных от просторечных вариантов канонических имён.

Сам суффикс «-ович» — маркер отчества, указывающий на сына или потомка. В белорусской традиции, где такие фамилии особенно распространены, Нехвядович буквально означал «сын Нехвяда». Это типичная модель для шляхетских и крестьянских фамилий на землях Великого княжества Литовского, где патронимические образования на «-ович/-евич» были нормой для всех сословий, в отличие от Великороссии, где такой суффикс чаще закреплялся за более привилегированными слоями.

Таким образом, фамилия Нехвядович сохранила в себе память о человеке, носившем имя, которое в официальных документах звучало бы как Мефодий или Неофит. В повседневной жизни его звали проще — Нехвяд, и это просторечное имя, закрепившись за потомками, стало их родовым прозванием.