Фамилия Охлонин — редкий и самобытный памятник славянской культуры, и её обладатель может по праву гордиться таким ценным источником семейной истории. Передаваясь из поколения в поколение, она сохранила память о происхождении предков, хотя точное время и место её возникновения сегодня можно установить лишь путём серьёзных генеалогических исследований: процесс формирования каждой отдельной фамилии был длительным и не всегда имел привязку только к одной местности.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: основа «Охлон-» и типичный для русских фамилий суффикс «-ин», указывающий на принадлежность («чей?» — сын Охлона). Вопрос упирается в саму основу, которая неочевидна. Самая правдоподобная версия связывает её с диалектным глаголом «охлонуть» — то есть остыть, охладиться, или с прилагательным «охлонный» (прохладный). В этом случае прозвище Охлон мог получить человек сдержанный, спокойный, с «холодным» нравом, либо тот, кто работал с чем-то холодным, например, на леднике или роднике.

Вторая, более редкая гипотеза отсылает к слову «охлопок» (клок, обрывок) или «охломон» (неряха, неотёсанный человек). Однако эта версия выглядит менее убедительной: в основе фамилии мы видим корень «-хлон-», а не «-хлом-», и путать эти два ряда в народной этимологии не стоит. Скорее всего, перед нами именно «холодная» основа, а не «лохматая».

Именования, образованные по той же модели с суффиксом «-ин» от личных прозвищ, широко представлены в ономастике восточных, западных и южных славян. Это говорит о том, что фамилия Охлонин вписана в общий пласт славянской антропонимии, хотя сама по себе остаётся крайне редкой. Географически она могла возникнуть в северных или центральных русских говорах, где слово «охлон» бытовало в значении «прохлада» или «тень». В письменных источниках фамилия встречается нечасто, что делает её ещё более ценной для потомков: за ней не стоит громкая история знатного рода, зато стоит живая речь простых людей, метко подмечавших особенности характера или занятия своего соседа.